Ювенальная юстиция. Как это выглядит в Канаде

Вся правда о ювенальной юстиции. Специалист в области скандальной системы разоблачает мифы

В России продолжаются споры о продвижении идеи внедрения ювенальных технологий, которая заключается в создании проекта федерального закона «Основы законодательства о ювенальной юстиции».

В № 24 «КС» писал о визите на Ямал столичного детского психолога, директора Института демографической безопасности, писателя и публициста Ирины Медведевой, которая призывала ямальцев «предотвратить наступление правового произвола». Эта публикация вызвала живой интерес наших читателей.

Не только родители, но и некоторые специалисты пока не смогли окончательно разобраться: что собой представляет ювенальная юстиция.

«Красный Север» встретился с Андреем Волковым , судьей суда ЯНАО. Выбор собеседника не случаен: Андрей Егорович рассмотрел сотни дел, связанных с защитой прав несовершеннолетних. Кроме того, он участвовал в скандально знаменитых парламентских слушаниях 2009 года, когда противники ювенальной юстиции дали ей публичный бой. Также он стажировался в Канаде по программе НОРДЭП, изучал зарубежный опыт и убедился воочию: ювенальная юстиция – едва ли не последний шанс «потерянного поколения» современной России:

– Сразу поясню: само по себе понятие «ювенальная юстиция» не имеет ничего общего с вопросами воспитания детей, лишения или ограничения родительских прав. Все эти вопросы предусмотрены Семейным кодексом РФ, которого система ювенальной юстиции вообще никак не касается! Зато она включает в себя вопросы уголовного преследования и исполнения наказания в отношении несовершеннолетних преступников, всевозможные вопросы, связанные с их реабилитацией.

– Вообще, сущность ювенальной юстиции уже многократно растолковывалась в СМИ…

– Да, и тем не менее, хор противников этой системы (подчеркиваю, всей системы, а не отдельных ювенальных технологий) не смолкает. Хотя сейчас, как и прежде, ювенальная юстиция предполагает защиту законных интересов несовершеннолетних при отправлении правосудия, и только! При этом нет и намека на вмешательство во внутрисемейные дела и споры. Коронная фраза противников этой системы о том, что-де «чиновнику не место в семье», – чистейшей воды лукавство, ведь субъектами системы ювенальной юстиции являются отнюдь не чиновники, а отделы по делам несовершеннолетних в системе МВД, комиссии по делам несовершеннолетних, структурные подразделения прокуратуры, суды, учреждения уголовно-исполнительной инспекции. Все эти моменты были детально растолкованы на парламентских слушаниях в Госдуме РФ еще в 2009 году. Тогда перед представителями церкви и общественных организаций выступали судьи, депутаты различных фракций, даже представитель из ООН. Я сидел с коллегой в верхних рядах зала и хорошо видел, что в этот момент вокруг творилось. К примеру, какая-то женщина в черном платке постоянно шумела и перебивала докладчиков, а когда на трибуну поднялся известный противник ювенальной юстиции Всеволод Чаплин, стала выкрикивать: «Спасибо, батюшка!»

То, как вели себя в тот день наши оппоненты, было не каким-то там рядовым непониманием очевидного, это было проявлением правового нигилизма, полного отрицания права! И делалось это, по всей видимости, специально.

О золотой клетке с любовью

У противников ювенальной юстиции в России есть доводы посильнее огульного отрицания: они утверждают, что зарубежные несовершеннолетние преступники едва ли не мечтают попасть в исправительные учреждения. Якобы там их будут так хорошо кормить, развлекать и обихаживать, что им просто нет смысла становиться на путь исправления! Очевидно, такое мнение произрастает на почве сугубо российского отношения к личной свободе гражданина. То, что в западном обществе считается высшей ценностью, с точки зрения иных «россиян» допустимо обменять на мирские блага, пусть даже и за решеткой. Так и хочется воскликнуть по этому поводу: не по себе ли судите, «господа»?! Вот как прокомментировал псевдонаучную теорию стремления за решетку Андрей Волков:

– В той же Канаде, где я побывал несколько лет назад, фиксируется отрицательная динамика роста преступности среди несовершеннолетних. Это свидетельствует о стремлении местных подростков к исправлению, но никак не наоборот. Среди канадских подростков рецидив преступности гораздо ниже, чем в России, больше половины из них возвращаются к нормальной жизни и более никогда не преступают закон! Я бывал по обмену опытом в Оттаве и видел, как работает система ювенальной юстиции в этом городе и что она в себя включает. Прежде всего, это два судьи, которые специализируются только на рассмотрении уголовных дел, фигурантами которых выступают подростки. Далее идут: система пробации (эдакий аналог ОДН) и кейс-менеджмент (система персональной опеки со стороны инспекторов, за каждым из которых закреплено по нескольку несовершеннолетних подопечных). Плюс к этому – система отводов. Только там под этим термином подразумевается не отвод участников процесса, а отвод самого наказания. Это происходит, когда подросток, чья вина доказана в судебном порядке, по рекомендации кейс-менеджера может быть освобожден от уголовной ответственности и исправляется иными методами. К примеру, это может быть посещение клубов по интересам, где основной упор делается на занятиях спортом (в Канаде все помешаны на хоккее), или учеба в учреждении типа российских ПТУ. Кстати, в таких училищах ребята получают специальности, связанные с физическим трудом (каменщики, дорожные строители), но учатся прилежно, потому что понимают: бесплатное получение специальности – путевка в жизнь. А теперь сравните это с российскими реалиями, где освобожденный от отсидки несовершеннолетний преступник (читай, получивший условный срок) «исправляется» преимущественно соблюдением режима дня и обязанностью отмечаться в ОДН. Многих ли это исправило?

Там не карают, там воспитывают

– Андрей Егорович, а что представляют собой исправительные учреждения для подростков, попавших под уголовную статью?

– К примеру, я видел комфортабельное двухэтажное здание общей площадью примерно 500 квадратных метров. Там для осужденных есть залы для занятий спортом, учебные классы, столовая и спальные комнаты, где эти ребята живут по два человека. Возле здания – садово-ягодные посадки. Уровень отношений между подростками и их кураторами отличается от общероссийских стандартов. К примеру, к женщине-надзирательнице можно обращаться на «ты».

– Для России, с исторической тягой к чинопочитанию, это могло бы стать поводом для расхолаживания подростков…

– Учеба, труд и поведение в таком учреждении оцениваются по балльной системе. Набрав определенное число баллов, можно заслужить всяческие поблажки: снижение срока, выезды в семью на праздники и т. д. Так что у ребят есть стимул не расхолаживаться и воспринимать обращение на «ты» к взрослому как признак доверительных отношений, а не фамильярность… А вообще, режим отбытия наказания там, как и у нас в России, связан с тяжестью совершенного преступления. Уверяю вас, что канадские садисты, убийцы и психопаты, даже будучи несовершеннолетними, надежно изолированы от общества. И живут они в учреждениях тюремного типа. Другое дело – приют для беременных девушек-подростков из неблагополучных семей. До родов им помогают и врачи, и психологи, потом их учат, консультируют по разным вопросам… Одним словом, в России по отношению к подросткам, преступившим закон, проявляются две крайности – бесконечный гуманизм на грани всепрощения либо карательные функции. В западном же обществе сделан упор на профилактике, воспитании и реабилитации.

– И никакого намека на вторжение чиновника в семью…

– Это исключено историческим опытом той же Канады. Когда-то в этой стране существовала система, похожая на ту, что была в СССР: государство забирало детей из семей коренных малочисленных народов Севера и определяло в интернаты. Преследовалась вроде бы благая цель – избавить детей индейцев от нищеты и тяжких условий жизни. Однако еще 10–15 лет назад эта система была признана ущербной. В июне 2008 года премьер-министр Канады в прямом эфире перед нацией извинился за такую социальную политику. Однако подчеркну, что даже такие пагубные действия, как изъятие индейских детишек из семей, опирались не на институт ювенальной юстиции, а на иные законы страны. Ведь эти дети не совершали преступлений…

Гражданская позиция или рефлексия?

– Однако у меня не идет из головы пример с йогуртами, который нередко приводят оппоненты ювенальной юстиции. Якобы можно забрать ребенка из семьи, если в холодильнике нет его любимого йогурта. И такие случаи, говорят, происходят. Означает ли это, что у нас в России и без этой системы правосудия могут быть перегибы? Есть ли для этого предпосылки?

– Я рассмотрел множество дел, касающихся защиты прав и законных интересов несовершеннолетних и их родителей. Но никогда не сталкивался с тем, чтобы из-за отсутствия лакомства ребенка забирали из семьи. Для этого нужны иные причины, к примеру, когда его жизни и здоровью угрожает реальная опасность. Представьте себе ребенка, живущего в бараке, ползающего вместе с тараканами среди пустых бутылок и поедающего от голода окурки! Это реальный случай из моей практики в Салехардском городском суде, закончившийся лишением родительских прав. Также поводом для этого может служить хронический алкоголизм родителей, побои, полное отсутствие контроля со стороны матери и отца за своими детьми. Одним словом, когда приводят примеры, аналогичные ситуации с йогуртами, скорее всего, следует говорить не об издержках ювенальной юстиции. Здесь явная путаница с судебными процессами по поводу определения места жительства ребенка. Такие процессы случаются, когда бывшие супруги не могут договориться о том, с кем из них останутся их дети. И здесь суду приходится учитывать огромное число доводов, среди которых наличие йогуртов в холодильнике явно будет в числе самых малозначительных.

Мы еще долго беседовали с Андреем Волковым по поводу мотивов неприятия ювенальной юстиции в России. Мы сошлись во мнении, что любой гражданин, чувствующий себя достойным родителем, не имеет причин для беспокойства о соблюдении своих отцовских или материнских прав. И вообще, любая рефлексия по поводу ювенальной юстиции перекликается с поговоркой о том, что «на воре шапка горит». Страдает этой рефлексией, скорее всего, женская половина: «Два родительских собрания пропустила, детей не покормила, дома бардак… Ну кто тут сказал, что я плохая мать?!» У нас в стране, где установлено равенство прав отцов и матерей, последние всё же чувствуют себя перед законом более вольготно. И не желают терять это историческое «завоевание». Однако, как уже было сказано, эта проблема регулируется Семейным кодексом, а не системой ювенальной юстиции.

Удивляет также позиция РПЦ. Православное воспитание (не путать с мракобесием!) само по себе достойно уважения, равно как и присущие ему элементы домостроя вряд ли могут быть расценены как ущемление прав ребенка. Другое дело, что некоторые обители в последнее время сотрясают скандалы, связанные с условиями содержания несовершеннолетних послушников. Так, может быть, и здесь за неприятием ювенальной юстиции кроется банальная рефлексия?

Канадская система ювенальной юстиции (и некоторые аспекты, которые могут представлять интерес для Российской Федерации)

Роберт Лутес, судья Короны, Канада.

Начиная с 1908 г. в Канаде к молодежи в отличие от взрослой части населения принят другой подход и соответственно отдельная система правосудия. С того времени система ювенальной юстиции претерпела значительные изменения; в 1984 г. в Канаде принят Закон «О молодых преступниках» (Young Offenders Act). Переход от Закона «О несовершеннолетних преступниках» (Juvenile Delinquents Act), который действовал с 1908 г., к принятию Закона «О молодых преступниках» (YOA) в 1984 г. имел философское значение — по сути, это был переход от «модели социального патронажа» к более традиционной модели правосудия, где правам несовершеннолетних уделялось больше внимания и уголовные дела рассматривались в открытом ювенальном суде.

Данный правовой подход в судебной системе получил дальнейшее развитие в 2003 г. с принятием самого последнего канадского Закона «Об уголовной ювенальной юстиции» (YCJA).

Новый канадский Закон «О ювенальной юстиции» (далее — Закон) начинается с разделов: преамбула, заголовок, определения и Декларация принципов.

Далее текст Закона делится на следующие девять частей.

  1. Внесудебные меры.
  2. Организация системы уголовной ювенальной юстиции.
  3. Судебные меры.
  4. Вынесение приговора.
  5. Лишение свободы и надзор.
  6. Разглашение сведений. Документы и информация.
  7. Общие положения.
  8. Временные положения.
  9. Поправки к поправкам. Отмена и вступление в силу.

Далее следуют несколько замечаний по каждой из частей и по нескольким первым разделам.

Преамбула и первые несколько разделов.

Преамбула задает тон Закона и определяет его ключевые темы, а именно:

  • общество должно «решать проблемы развития и учитывать потребности молодежи, чтобы помочь молодежи войти во взрослую жизнь»;
  • Закон признает необходимость «междисциплинарного подхода»;
  • Закон признает Конвенцию ООН о правах ребенка;
  • Закон признает интересы потерпевшей стороны;
  • Закон идентифицирует такую проблему канадской системы юстиции, как слишком частое применение к несовершеннолетним наказаний в виде лишения свободы за ненасильственные преступления.

Закон об уголовной ювенальной юстиции.

В ключевой части Закона — определения — разъясняется ряд терминов, использующихся в Законе. Знакомство с определениями поможет лучше уяснить подход, принятый в Законе.

В Декларации принципов дается четкое определение принципов, являющихся фундаментом уголовного ювенального законодательства.

Принципиальным моментом является то, что система ювенальной уголовной юстиции должна быть отделена от «взрослой» юстиции; основной направленностью ювенальной юстиции должны быть реабилитация и реинтеграция несовершеннолетних правонарушителей. Частью этого подхода является необходимое вовлечение родителей, родных и близких, общественности и потерпевшей стороны.

Часть 1. Внесудебные меры.

Внесудебные меры определяются следующим образом:

«меры, не входящие в рамки судопроизводства. используются для работы с несовершеннолетним, обвиняемым в совершении преступления, и включают в себя внесудебные санкции».

Внесудебные санкции имеют более формальный характер по сравнению с внесудебными мерами (см. описание внесудебных санкций ниже).

Внесудебные санкции — это несудебные действия, которые направлены на привлечение несовершеннолетнего к ответственности без применения официального судопроизводства, судов и судей.

Две основные задачи Закона:

a) уменьшить долю несовершеннолетних, привлекаемых к суду, и

b) уменьшить долю несовершеннолетних, приговариваемых к лишению свободы.

Для решения первой задачи — уменьшить долю несовершеннолетних, привлекаемых к суду, — необходимо было разработать новую систему альтернативных мер, не связанных со стандартным судопроизводством, в рамках «Программы внесудебных мер».

Использовавшаяся ранее «Программа альтернативных мер» была продолжена, и в нее были добавлены новые кодифицированные меры для применения полицией.

Закон потребовал от полиции (канадская полиция имеет право предъявлять обвинение и инициировать судебное производство) до начала судопроизводства рассматривать следующие альтернативные варианты внесудебных мер:

  • не предпринимать следующие действия;
  • дать предупреждение;
  • дать официальное предупреждение, если установлена программа, либо
  • направлять несовершеннолетнего (с его согласия) в социальную программу или социальную службу по месту жительства, где программа или служба будут помогать несовершеннолетнему человеку воздерживаться от совершения преступлений в дальнейшем.

Если эти меры недостаточны для привлечения к ответственности несовершеннолетнего за его правонарушение, следующим шагом является рассмотрение внесудебных санкций. Это более формальная программа, которая имеет следующие обязательные для соблюдения меры, а именно: достаточные факты для запуска программы и принятие ответственности молодым человеком.

Процедуры различаются от одного судебного округа к другому, но они часто предусматривают посредническую практику или практику восстановительного правосудия. Примером была бы встреча несовершеннолетнего (правонарушителя), потерпевшей стороны, полиции, членов семьи, иногда представителей общественности по месту жительства, пострадавших от правонарушения, и посредников. Молодой человек имел бы возможность объяснить, почему произошло правонарушение, и потерпевшая сторона имела бы возможность сообщить несовершеннолетнему и его семье, как отразилось на них преступное поведение.

Одной из целей этой встречи должно быть заключительное соглашение между всеми ее участниками о том, что нужно сделать несовершеннолетнему, чтобы исправить содеянное. Это может быть письменное извинение, восстановление ущерба, возмещение расходов на ремонт или выполнение какой-либо работы. За соглашением и его результатами ведется контроль судебных органов, и в случае положительного результата дело закрывается.

С санкции прокурора может быть принято решение, что дело не направляется в суд, а закрывается официальным предупреждением. Обычно официальное предупреждение исполняется в виде письма прокуратуры, в котором несовершеннолетнему сообщается, что его дело не передается в суд, но протокол сохраняется в архиве. Если этот несовершеннолетний впоследствии снова вступает в конфликт с судебной системой, такой протокол будет принят во внимание.

Данная внесудебная мера позволяет быстро и эффективно завершать дела по малозначительным правонарушениям особого характера.

Часть 2. Организация системы уголовной ювенальной юстиции.

Канада специально назначает ювенальные суды, ювенальных судей и секретарей судов. Также специально назначаются директора провинций и социальные работники. Эти служащие могут работать в микрорайоне или в исправительном учреждении для несовершеннолетних преступников. Эти должности предназначаются специально для работы с несовершеннолетними.

В ювенальном суде судьи осуществляют правосудие только по делам несовершеннолетних правонарушителей. Некоторые судьи назначаются к ведению дел как несовершеннолетних, так и совершеннолетних преступников; в этом случае дела несовершеннолетних выделяются в отдельное производство.

Данная часть Закона предусматривает, что ювенальный суд принимает правила, применимые специально для данного ювенального суда. Также Закон включает положение, по которому определенные функции, связанные с ювенальной юстицией, выполняют комитеты по делам несовершеннолетних.

Также Законом разрешается созыв совещаний. Органы, ответственные за принятие решений, используют совещания, чтобы дать собравшимся рекомендации по ряду вопросов. Этот подход должен содействовать принятию ответственными органами более информированных решений.

Часть 3. Судебные меры.

Разделы в этой части Закона излагают некоторые процедурные вопросы, касающиеся судей. В этой части изложены такие требования, как извещение родителей, право на адвоката и вынесение судебного приговора/решения. В дополнение к правилам, связанным с несовершеннолетними, находящимися в предварительном заключении до суда, излагаются общие вопросы применения Уголовного кодекса и правила обжалования судебных решений.

В текст Закона также включено положение, позволяющее судье передать несовершеннолетнего в учреждение опеки детей, в дополнение к судопроизводству.

Часть 4. Вынесение приговора.

Вторая задача Закона: сократить количество несовершеннолетних, приговариваемых к лишению свободы с отбыванием наказания в местах заключения, была рассмотрена с точки зрения необходимости предусмотреть для судей новые варианты наказания, не связанные с лишением свободы. Теперь канадские ювенальные судьи имеют в своем распоряжении ряд альтернативных мер наказания, не связанных с лишением свободы, например:

  • выговор;
  • освобождение от уголовной ответственности;
  • условное освобождение от уголовной ответственности;
  • штраф (после оценки возможности уплаты штрафа);
  • возмещение ущерба;
  • приговор с направлением на общественные работы, обычно в виде работы по месту жительства;
  • условное освобождение с испытательным сроком;
  • программа усиленной поддержки и надзора (например, освобождение под усиленный надзор);
  • передача в программу работ не по месту жительства.

Признается, что для привлечения несовершеннолетнего к ответственности за преступное поведение иногда требуется наказание в виде лишения свободы. Ниже приводятся виды наказаний с лишением свободы, предусматриваемые в соответствии с Законом:

  • лишение свободы под надзором;
  • лишение свободы под условным надзором;
  • лишение свободы с отсрочкой исполнения приговора и освобождением под надзор;
  • наказание за убийство;
  • лишение свободы с назначением интенсивной программы реабилитации под надзором.

В исключительных случаях к несовершеннолетним правонарушителям применяются меры наказания, предусмотренные для совершеннолетних преступников. Эти процедуры сложные и носят технический характер. По некоторым преступлениям вообще предусмотрены «взрослые» типы наказаний, что успешно оспаривалось в судах провинций Онтарио и Квебек.

Существует положение о докладах на этапе до вынесения приговора с целью предоставить ювенальному судье более полные сведения общего характера и об обстоятельствах несовершеннолетнего. Согласно требованиям Закона перед вынесением приговора в виде лишения свободы рассмотрение такого доклада обязательно. Также Закон требует, чтобы судьи обосновывали выносимый приговор.

Положения о судебном приговоре исчерпывающи и включают: цель и принципы вынесения приговоров по делам несовершеннолетних, ограничения по наказаниям в виде лишения свободы, расчет срока наказания, помещение в места лишения свободы, обзор некоторых приговоров и другие технические вопросы, относящиеся к вынесению приговора.

Часть 5. Лишение свободы и надзор.

Закон предусматривает систему исправительных наказаний и исправительных учреждений, которая отделена от взрослой пенитенциарной системы и предназначена для несовершеннолетних преступников. Такое разделение важно для развития опыта тем, кто постоянно работает с несовершеннолетними. Несовершеннолетние — это не «маленькие взрослые», а молодые люди, переживающие физическое, умственное и эмоциональное развитие, и поэтому люди, работающие с несовершеннолетними, должны понимать для себя динамику этого развития. Исправительные программы, разработанные специально для несовершеннолетних, дают в результате более эффективное вмешательство и с большей вероятностью способствуют реабилитации несовершеннолетнего.

В исправительных учреждениях для несовершеннолетних содержатся несовершеннолетние правонарушители, в отношении которых судом выдано предписание о заключении под стражу. Как правило, в этом случае предусматривается заполнение специальной формы оценки рисков и потребностей с целью определить обстоятельства и потребности несовершеннолетнего и любые вопросы, связанные с безопасностью персонала исправительных учреждений.

Для каждого несовершеннолетнего, помещенного в исправительное учреждение, назначается социальный работник в рамках запуска программы реинтеграции этого несовершеннолетнего в общество.

В данной части Закона приведен ряд подробных правил, применимых к процессуальным гарантиям для несовершеннолетнего, реинтеграция в общество, условия, связанные с освобождением и пересмотром приговора.

В Закон были внесены принципиальные изменения в том, что касается работы с несовершеннолетними в рамках ювенальной исправительной системы. Правила детальные, и есть больше определенности в отношении будущей работы с несовершеннолетними. Сложность этих правил требует детального исследования.

Часть 6. Разглашение информации. Документы и информация.

Существует основополагающий принцип о запрете на разглашение персональных данных несовершеннолетнего, чтобы не ставить на нем «клеймо» и повысить вероятность реабилитации. Для этого общего правила есть исключения, но они всего лишь исключения.

Эта часть приводит подробный перечень правил, касающихся обмена информацией между назначенными сторонами. Приняты строгие ограничения по лицам, которым может передаваться информация, а также по обстоятельствам и целям, для которых эти лица могут получать информацию.

Существуют правила по ведению и использованию полицейских досье. Также предусмотрены предельные сроки хранения и совместного использования досье.

Данные положения представляют собой баланс между необходимостью для различных сторон знать о преступном поведении и защите частной жизни несовершеннолетних.

Часть 7. Общие положения.

В этой части разъясняется ряд технических процедурных вопросов, включая применение Уголовного кодекса и применения норм доказательственного права. Для подробного понимания Закона следует отдельно изучить эти санкции.

Часть 8. Временные положения и часть 9. Поправки к поправкам. Отмена и ввод в действие.

Части 8 и 9 содержат положения, уникальные для статей канадского законодательства, находящихся в силе на текущий момент, и разъяснение этих положений в целях этого обсуждения не требуется.

Обязанности федерального центра, а также структур на уровне провинции и на муниципальном уровне.

Федеральное правительство в Канаде имеет законодательные полномочия в отношении уголовного законодательства, включая законы, применимые к несовершеннолетним. Правительства провинций и территорий обладают законодательными правомочиями над системами поддержки несовершеннолетних, а именно: образование, социальная работа, системы психического здоровья и здравоохранения. Поэтому правительствам необходимо работать вместе, чтобы у правонарушителя и у структуры общественной поддержки были общие цели и задачи.

Благодаря тому, что провинции и территории имеют свои собственные системы законодательства, реализация Закона в каждой провинции и территории ведется по-разному. Базовые принципы, правила одни и те же, но работа ведется по-разному.

Уяснить это с точки зрения принципа действия помогут несколько примеров.

Квебек — франкоязычная провинция, которая гордится своим наследием и иногда подходит к социальным вопросам уникальным образом. Несовершеннолетний рассматривается скорее как «развивающаяся личность», а не как человек, совершивший преступление. Несовершеннолетние, приговоренные к лишению свободы, часто направляются в центры-приемники, где содержатся также несовершеннолетние, нуждающиеся в социальной защите и переобучении в целях реабилитации.

Одна из сильных сторон системы ювенальной юстиции провинции Альберта — это 121 ювенальный комитет, уполномоченный в соответствии с законом. Деятельность каждого комитета диверсифицирована, некоторые специализируются на молодежи коренных национальностей.

Один из отличительных комитетов — Комитет проекта Youth Restorative Action Project, который управляется молодежью в возрасте от 16 до 24 лет и занимается несовершеннолетними правонарушителями, подпадающими под действие Закона. В своей деятельности данный Комитет специализируется на вопросах расизма, нетерпимости и других социальных проблемах.

Информация об этом Комитете доступна на сайте: www.yrap.org.

Онтарио использует подход к работе с молодежью, именуемый «кольцевые услуги», который намерен обеспечивать координацию работы с молодежью. Это хороший пример попытки междисциплинарной координации.

Несмотря на различия между провинциями и территориями, тот факт, что законодательство является федеральным, в подходе к молодежи есть больше сходств, чем различий. Детали часто различаются, но основные принципы Закона и ювенальной юстиции в Канаде равно применимы для всех юрисдикций.

На следующих двух сайтах Министерства юстиции Канады и Канадской конной полиции представлен большой выбор информации по канадской системе ювенальной юстиции:

Уголовная ювенальная юстиция

В США любое лицо, которому известно о намерении ребёнка совершить преступление, обязано сообщить об этом в полицию. С момента получения такого сообщения полиция имеет право задержать несовершеннолетнего для выяснения мотивов его действий. При этом подросток сам вправе выбрать суд, в котором он желает судиться (например, суд присяжных). Также в США, как и в иных странах англосаксонской системы, судья вправе в период процесса изъять ребёнка из семьи и передать на воспитание в учреждение опеки.

Это важно:

В США в результате применения ювенальной юстиции существенно возрос уровень общественной опасности преступлений несовершеннолетних. Отмечается также значительный рост преступности среди девушек: с 17,8% в 1985 г. до 35,1% в 2010-м.

В целом, по оценкам американских экспертов, ювенальная юстиция США эффективна лишь в отношении впервые оступившихся лиц, совершивших преступления небольшой или средней тяжести, являющихся при этом гражданами США и происходящих не из бедных семей.

В конце XX в. ювенальная юстиция в США начала испытывать серьезный кризис, проявившийся в существенном росте преступности несовершеннолетних, достигшей пика в 1997 г. В результате появилась программа Gang Reduction Program, вводящая меры по усилению контроля за несовершеннолетними. Она дала положительный эффект на несколько лет, однако так и не смогла нивелировать все отрицательные последствия реабилитационной ювенальной юстиции.

В Великобритании в большей степени, чем в США, применяются досудебные меры, осуществляемые полицией. Большинство преступлений несовершеннолетних рассматривает магистратский суд, который вправе в отношении несовершеннолетнего применить только специальные виды наказаний (условное осуждение, штраф и др). Великобритания также испытала кризис классической модели ювенальной юстиции, выразившийся в росте преступности несовершеннолетних, что привело к ужесточению правоприменительной практики.

В Канаде полиция после задержания несовершеннолетнего обязана рассмотреть возможность и применить при наличии оснований внесудебные меры воздействия. Однако и там в 2003 г. был принят закон «Об уголовной ювенальной юстиции», несколько ужесточающий ранее действовавшее законодательство, после чего уровень преступности несовершеннолетних стал снижаться. Тем не менее, во всех провинциях Канады действуют специализированные ювенальные суды. Дела несовершеннолетних могут рассматривать только ювенальные суды, независимо от состава преступления и наличия сообщников.

В Германии, в отличие от других государств, существует специальная структура – служба по делам несовершеннолетних. Все действия в отношении несовершеннолетнего должны проводиться с обязательным участием представителя этой службы и психолога. Также подросток имеет право на свободный выбор адвоката.

В Германии кризис ювенальной юстиции проявился не столь ярко, как в других странах, хотя небольшой рост преступности несовершеннолетних имеет место и здесь.

Похожая ситуация и в Италии, где за последние десять лет число приговоров, связанных с реальным лишением свободы, выросло на 15%, а случаи судебного прощения сократились на 8%. Уголовная ответственность здесь распространяется только на несовершеннолетнего в возрасте 14–18 лет и только при условии признания несовершеннолетнего судом полностью понимающим и осознающим свой поступок.

Во Франции основной законодательный акт в сфере ювенальной юстиции – Ордонанс о правонарушениях несовершеннолетних 1945 г. Согласно ему в случае совершения правонарушения не тяжкого характера или впервые прокурор вправе не направлять дело на рассмотрение судье по делам несовершеннолетних, а применить одну из альтернативных мер. Это может быть ознакомление с законом, нобходимость принести потерпевшему извинения в письменной форме либо восстановить первоначальное состояние испорченного предмета.

Скандинавская система ювенальной юстиции наиболее либеральна по отношению к несовершеннолетним. Подавляющее большинство дел здесь рассматривают не судебные органы, а специализированные комиссии. Например, в Швеции действует закон «О социальной поддержке» 1971 г., который исключил из компетенции судебных органов почти все дела с участием несовершеннолетних, кроме особо тяжких преступлений. Кризис ювенальной юстиции в Швеции выразился в увеличении уровня рецидивов.

Таким образом, ювенальная юстиция (даже в западных странах, которым она подходит) не решает проблем с преступностью несовершеннолетних. Зачастую она приводит к совершенно обратному эффекту – вызывает её рост. Очевидно, что если подобную систему ввести в России, её может просто захлестнуть волна детской преступности.

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

4.4. Система ювенальной юстиции в Канаде

Законодательство США конца XIX в. в отношении защиты прав несовершеннолетних явилось отправной точкой для создания и распространения по всему миру системы ювенальной юстиции. Однако первенство в деле принятия законов в этой сфере следует отдать Канаде399.

В течение длительного времени в Канаде дети рассматривались как собственность родителей.

Очень важная для вас статья:  реклама vs. ссылка на ресурс Канада

В 1857 г. правительство Канады принимает закон, направленный на ускорение судебной процедуры в отношении несовершеннолетних правонарушителей. В 1869 г. в провинции Квебек было создано два типа школ: одни были призваны предотвращать правонарушения малолетних и предназначались для детей 6—9 лет — сирот, детей, лишенных родительской заботы, инвалидов, жертв плохого обращения; в школах второго типа занимались реабилитацией правонарушителей. Первый уголовный кодекс 1892 г. содержал несколько положений, касавшихся несовершеннолетних моложе 16 лет. С 1894 г. дела в отношении несовершеннолетних были отделены при рассмотрении от дел взрослых и их было запрещено предавать огласке. Защита детей была отделена от общих проблем социальной защиты.

В 1908 г. был принят Закон о молодых правонарушителях, в котором правонарушитель определялся как продукт своего окружения, как ребенок, ступивший на «плохой путь» и больше нуждающийся в помощи и советах, нежели в наказании. Молодым признавался любой правонарушитель в возрасте от 7 до 16 лет. В некоторых провинциях возраст был поднят до 17 и 18 лет. Государство в лице судьи объявлялось «хорошим отцом семейства», который должен обращаться с молодым правонарушителем «со всей добротой отца, а не со всей суровостью хозяина, который хочет наказать провинившегося ребенка».

С 1984 г. действует новый Закон 1982 г. «О молодых правонарушителях». В этом законе: 1)

Даны определения: ребенок — любое лицо моложе 12 лет; подросток — любое лицо, достигшее минимум 12 лет, но не достигшее 18 лет; правонарушение — любое правонарушение, предусмотренное федеральным законом или иным нормативных правовым актом: распоряжениями, постановлениями, приказами, декретами, административными законами; провинциальный директор — лицо, группа или категория лиц или орган, назначенные в соответствии с законом какой-либо провинции либо вице-губернатором или его представителем для выполнения возложенных на них функций. 2)

Провозглашены принципы канадской политики в отношении молодых правонарушителей: в первую очередь необходимо предотвращать преступления; подростки по уровню ответственности не Приравниваются к взрослым; общество должно защищать себя от любого противоправного поведения; молодые правонарушители Требуют надзора, дисциплины и заботы; ресоциализация направлена На защиту общества; судебную процедуру следует заменять по возможности альтернативными мерами; подростки обладают правами и свободами, предусмотренными Канадской Хартией прав и свобод Или Канадской Декларацией прав; право на свободу может быть нарушено в исключительных случаях. 3)

Определены альтернативные меры, одобренные прокурором, которые применяются вместо судебного разбирательства при уело- вии признания подростком совершения правонарушения и наличия у него намерения исполнить их. 4)

Определена исключительная подсудность дел подростков ювенальному суду, функции которого выполняет мировой судья, наделенный полномочиями мирового судьи или судьи провинциального суда; определены порядок и условия предварительного заключения, надзора или ареста правонарушителя. 5)

Рассмотрение дела ювенальным судом предписывается проводить в соответствии с нормами уголовного кодекса и изменениями, установленными Законом о молодых правонарушителях.

В ст. 20 Закона определены возможные судебные решения (наказания): освобождение на условиях, которые определяет суд; штраф не более 1000 канадских долларов; возмещение убытков потерпевшему, возврат похищенного; обязательство выполнить какую-либо работу в пользу потерпевшего; режим пробации на срок не более 2 лет; помещение под надзор на 2 года, на 3 года, если подросток совершил преступление, карающееся пожизненным тюремным заключением, на срок до 6 лет — за убийство. Дополнительно к наказанию суд может вынести решение о запрете на обладание оружием.

Закон также регулирует условия и порядок апелляции (ст. 27), пересмотра судебных решений (ст. 28), причем до пересмотра решений ювенальный суд просит провинциального директора составить и представить отчет об эволюции поведения подростка с момента вступления в силу судебного решения.

Генеральный прокурор провинции или любой другой министр может создавать комитеты правосудия в отношении молодежи, которые способствуют исполнению закона.

Закон о молодых правонарушителях предусматривает особые механизмы его реализации на всех этапах работы:

А — работа полицейских. При аресте несовершеннолетних полИ» цейские обладают теми же полномочиями, что и в отношении взрослых. Однако полицейский должен соблюдать специальные права подростков, указанные в законе, при допросе подростка — условия И порядок допроса, предусмотренные в законе, иначе протокол может быть не признан судом доказательством. Снятие отпечатков пальцев, фотографирование подростков и идентификация личности осуществляется по тем же правилам, что и для взрослых. Отличия касаются только уничтожения отпечатков пальцев и фотографий в случаях, предусмотренных ст. 44 и 45 Закона. Если полицейский считает, что подростка лучше содержать до суда под стражей, он связывается с провинциальным директором (это уполномоченный по защите молодежи), который и определяет место (специальный центр), где будет пребывать несовершеннолетний. Родителям подростка сообщают об аресте, его причинах и о месте содержания, а также о дате, времени и месте слушания дела и необходимости приглашения адвоката.

Б — движение дела на досудебной стадии. Полицейский может сам прекратить дело или дать ему ход, для чего после окончания дознания дело передается помощнику прокурора при Палате по делам несовершеннолетних. Помощник прокурора определяет достаточность доказательств для передачи дела в суд и в случае их недостаточности может прекратить дело или отправить его на доследование. Если доказательств достаточно, помощник прокурора вправе закрыть дело, передать его провинциальному директору или непосредственно в суд (если дело касается особо тяжких преступлений). В случае совершения других правонарушений помощник прокурора передает дело провинциальному директору, который решает, есть ли основания для применения альтернативных мер прекращения дела или его необходимо передать в суд. На практике примерно треть дел (в основном это особо тяжкие преступления) передается в суды автоматически.

В — альтернативные меры и деятельность провинциального директора. Оценив ситуацию, провинциальный директор принимает Решение о применении тех или иных альтернативных мер в случае, если подросток признает себя виновным в совершении правонарушения. Если подросток не признает своего участия в совершении Правонарушения или сам добровольно предпочитает предстать перед судом, к нему не могут быть применены альтернативные меры. Использование альтернативных мер предполагает некоторые ограничения: общественно полезные работы не могут продолжаться более 120 часов; выбранная мера должна учитывать материальные возможности и уровень зрелости молодого человека; максимальная продолжительность альтернативных мер — 6 месяцев с того дня, когда подросток выразил свое согласие участвовать в соответствующей программе. Исполнение альтернативных мер означает, что дело будет закрыто. В случае неисполнения альтернативных мер провинциальный директор передает дело в суд. Функции провинциального директора в том, чтобы определить альтернативные меры правонарушителю и следить за их исполнением. Он составляет предварительный отчет о молодом правонарушителе, а также об исполнении мер, назначенных судом при отбытии наказания.

Г — суд. Несовершеннолетние правонарушители имеют те же права, что и взрослые, в частности на справедливый процесс и на защиту. На них распространяется презумпция невиновности. Взятие под стражу является исключением, в этом случае подросток помещается провинциальным директором в какой-либо центр; оставление на свободе связано с выполнением определенных условий. На этом этапе прокурор или правонарушитель могут подать просьбу о слушании дела во взрослом суде (если это выгодно с точки зрения защиты прав правонарушителя). К несовершеннолетним могут быть применены следующие меры: условное освобождение, уплата штрафа, возвращение краденого имущества, возмещение ущерба, общественно полезные работы, принудительное помещение в клинику для лечения, пробация и помещение под надзор в учреждения открытого или закрытого типа.

Хранение дел несовершеннолетних. Доступ к делам, хранение которых разрешено законом, закрывается, а дела, хранящиеся в центральном архиве Королевской жандармерии Канады, должны быть уничтожены: после оправдания подростка; по истечений 12 месяцев после приостановления преследования; по истечений 2 лет после того, как подросток согласился на альтернативные меры; по истечении 5 лет с момента полного исполнения приговора. После уничтожения дела или закрытия доступа к нему считается, что подросток никогда не совершал правонарушения. Запрещается разглашать информацию о правонарушениях и о судебных процедурах, которым подвергался правонарушитель. Судья может позволить отступление от этого принципа для поиска и ареста подрО’ Криминологическая характеристика ювенальной юстиции зарубежных стран 521

стка. Несоблюдение этого положения является уголовным преступлением.

Передана дела во взрослый суд. Просьба об этом может исходить от самого подростка, его адвоката или прокурора. Подростка судят, как будто ему 18 лет, и могут назначить такие же меры, что и взрослому. При этом подросток должен быть не моложе 14 лет. Причина заявления подобного ходатайства обычно заключается в том, что в ювенальном суде с подростками-правонарушителями обращаются, как со «злыми волками». А в суде для взрослых они превращаются в «овечек, нуждающихся в защите», а потому получают менее суровые приговоры, чем те, которые были бы назначены ювенальным судом.

Меры, применяемые к молодым правонарушителям: а) альтернативные меры: пожертвования в пользу какого-либо лица или общественной организации (например Центра престарелых); примирение с потерпевшим (в присутствии родителей и с помощью специалиста — ведущего программы, социального работника, нарушитель и потерпевший договариваются о возмещении вреда, ущерба, письменно оформляют соглашение, которое по решению суда принимается к исполнению); развитие социальных навыков (участие в профилактических программах противодействия насилию, наркомании); общественно полезные работы; б) другие судебные решения: безусловное освобождение (когда суд считает, что факт возбуждения уголовного дела сам по себе является достаточным наказанием); штраф не более тысячи канадских долларов (для лиц, не имеющих возможности выплачивать штраф, существует альтернатива в виде общественно полезных работ); возврат имущества и возмещение ущерба потерпевшим — в натуре, денежном выражении или в виде отработки; общественно полезные безвозмездные работы в пользу какого-либо коллектива; лишение свободы для стационарного лечения, когда виновный страдает физической или душевной болезнью (данная мера назначается с согласия подростка, его родителей и руководителя больницы); режим пробации — оставление подростка на свободе с обязательством выполнения некоторых условий автоматически (избегать нарушения общественного порядка, хорошо себя вести, являться в суд) и выборочно (являться к провинциальному директору, избегать встреч с друзьями, находиться дома с 22 до 7 часов). Осуществляют режим пробации специальные социальные службы, Которые осуществляют еще и надзор под контролем уполномоченно го по делам молодежи. Несовершеннолетний может быть помещен под надзор в открытое или закрытое учреждение непрерывно или с интервалами, в любом случае он находится в реабилитационном центре.

Перечисленные меры, как правило, положительно действуют на молодых правонарушителей и предотвращают рецидив правонарушений с их стороны.

Нараду с Законом о молодых правонарушителях, который регулирует ответственность несовершеннолетних в случае совершения ими преступных деяний, предусмотренных уголовным кодексом, в Канаде действует Закон о защите молодежи, направленный на защиту молодых людей в возрасте до 17 лет включительно, безопасность и развитие которых нарушаются.

Развитие законодательства в этой сфере также имеет свою историю. В 1930 г. правительство Квебека впервые создает Комиссию по защите детства. В 1950 г. был создан Суд социального благополучия, переименованный впоследствии в Палату по делам несовершеннолетних, который рассматривал дела об усыновлении, о детях, находящихся в опасности, а также дела малолетних правонарушителей (до 12 лет). С 1951 г. этот Суд (Палата) применяет меры защиты в отношении детей моложе 18 лет, подвергшихся физической или моральной опасности, т. е. потерпевших.

В 1971 г. был принят Закон о службах здравоохранения и социальных, который объединил все социальные службы и организации по оказанию помощи детям. В 1974 г. создан Комитет по защите молодежи для защиты детей от плохого обращения.

В апреле 1984 г. принят ныне действующий Закон о защите молодежи, который окончательно разделил сферы защиты детей (как потерпевших от общества) и противодействия правонарушаемости детей (как посягателей на общество и его устои).

Функциональная задача государственной системы, созданной Законом о защите молодежи заключается в обеспечении нормального развития и безопасности детей моложе 18 лет. Эта система работает на основе принципов государственной политики в отношении развития детей и естественного развития всего общества в целом.

Ответственность за надлежащий уход, за содержание, воспитание детей, а также за осуществление контроля за ними лежит в пер’ вую очередь на родителях. Вмешательство государства в целях защиты ребенка должно осуществляться на временной основе и не длиться дольше, чем этого требует необходимость. Поэтому решение об оказании защиты регулярно пересматривается. Принимать и пересматривать подобные решения уполномочены три органа: уполномоченный по защите молодежи, комиссия по защите прав молодежи и ювенальный суд.

Уполномоченный (провинциальный директор) вправе: определять приемлемость сигнала о положении ребенка, безопасность или развитие которого нарушаются, и решать, действительно ли они нарушаются; принимать решение о том, куда направить ребенка; пересматривать ситуацию ребенка; принимать решение о закрытии дела; осуществлять опеку, назначенную судом; получать согласие, требуемое для усыновления; просить суд признать ребенка подлежащим усыновлению. Доступ к уполномоченному открыт 24 часа в сутки 7 дней в неделю. Каждый центр социального обслуживания провинции Квебек имеет одного уполномоченного по защите молодежи.

Комиссия по защите прав молодежи подведомственна Министерству юстиции. Она обеспечивает соблюдение прав ребенка, признаваемых Законом; по чьей-либо просьбе или по собственной инициативе проводит расследование определенной ситуации; принимает законные меры, которые считает необходимыми для исправления ситуации; информирует население вообще и детей в частности о правах последних; представляет в правительство рекомендации по вопросам соблюдения прав детей; проводит исследования в рамках своей компетенции и ежегодно публикует отчеты о своей деятельности.

В Дирекцию по защите молодежи обращаются любые граждане с сообщениями о детях, являющихся жертвами сексуального насилия или плохого обращения. Специалисты, врачи и учителя, полицейские, воспитатели обязаны сообщать о подобных фактах уполномоченному. Уполномоченный может принять неотложные меры сроком на 24 часа по изъятию ребенка и помещению его в воспитательную семью или в центр пребывания либо доверить его другой организации. Если ребенку 14 лет и больше, то сначала надо попытаться добиться согласия родителей, уполномоченного и ребенка на принятие временных мер. Если согласие не получено, дело передается в ювенальный суд. Деятельность в целях защиты ребенка прекращается, если уполномоченный считает, что безопасность и развитие ребенка больше не нарушаются.

Меры, принимаемые для защиты детей в соответствии с Законом

о защите молодежи: законные меры — предложения о разводе, примирение в суде родителей и обязательство не использовать детей в своих ссорах, уголовное преследование родителей; терапевтические меры — психологическая, социальная, психиатрическая помощь, консультирование ребенка и его семьи, деятельность групп взаимопомощи (анонимные алкоголики и т. д.); поддержание семьи (поиск жилья, помощь по уходу за ребенком, отправка его в детское или оздоровительное учреждение); медицинская помощь — в стационарном или амбулаторном учреждении; разовые меры защиты (изоляция родителя, помещение в Центры для женщин и детей и др.); изъятие из семьи — крайняя мера.

Имеются также и другие законы, направленные на защиту прав детей. Это Гражданский кодекс, Закон «О медицинских и социальных услугах», Уголовно-процессуальный кодекс. Но главенствующая роль в деле применения этих законов принадлежит Уполномоченному по защите молодежи.

Меры, предусмотренные Уголовно-процессуальным кодексом: подростки 14—17 лет за нарушение провинциальных или местных законов обычно приговариваются к выплате штрафа на сумму не более ста долларов. С согласия подростка штраф заменяется на общественно полезные работы (до полного погашения штрафа). В случае отказа от уплаты штрафа и выполнения общественно полезных работ наказанием избирается пребывание в реабилитационных открытых Центрах.

Места для отбытия наказания: реабилитационные центры. Принимают детей от рождения до 18 лет; некоторые занимаются группами от рождения до 5 лет, другие — от б до 12 лет, третьи работают с подростками от 12 до 18 лет. Целью Центров является предоставление молодым людям, испытывающим трудности с адаптацией, специализированных услуг, способствующих их интеграции и ресоциализации. Такие услуги оказываются в заведениях интернатного типа, других заведениях и на дому. Центры интернатного типа — это собственно интернаты, мини-общежития и квартиры.

Интернат в определенной мере является закрытым заведением. Процесс перевоспитания состоит из 4 этапов: сначала происходит акклиматизация — вырабатывается чувство доверия к интернату; затем развивается умение контролировать собственное поведение и способность интегрироваться в определенную группу, добиваться успеха в конкретной деятельности; на третьем этапе ведется работа над умением общаться; на четвертом этапе подросток начинает осознавать свою ответственность и изменять поведение.

Мини-общежитие располагается в обычном жилом квартале. В нем проживает от 5 до 9 человек. Руководит подростками команда воспитателей либо супружеская пара. Дети ходят в районную школу, проводят досуг в местных клубах и приспосабливаются к обычной жизни.

Квартира — это обычное жилище, финансовую и юридическую ответственность за которое несет Центр. Данная программа направлена на приобретение подростками самостоятельности. Продолжительность программы варьируется от 6 до 18 месяцев. Это последний этап ресоциализации в Центре.

Службы в открытой среде. Существует 4 типа служб: центры дневного пребывания, рабочие мастерские, программы педагогической помощи и воспитательные семьи. Они предоставляют свои услуги в естественной среде: либо в воспитательной семье, либо дома, либо в школе, либо в центре дневного пребывания. Все это время правонарушитель живет дома или в воспитательной семье. Центр дневного пребывания используется, когда отношения родителей, школы и детей нарушены. Дети проводят там целый день, занимаясь учебой. Программы педагогической помощи позволяют избежать изъятие ребенка из семьи. Например, группу правонарушителей знакомят с группой заключенных, чтобы помочь им осознать возможные последствия антисоциальных Поступков. Рабочие мастерские — для правонарушителей 16 лет и старше, бросивших школу и испытывающих необходимость в приобретении навыков работы. Все мастерские функционируют по принципу самофинансирования. В мастерских работает команда воспитателей, которые прививают подросткам пунктуальность, усидчивость, Трудолюбие, уважение к власти и другие необходимые в жизни качества. Воспитательные семьи — это семейные пары в возрасте не менее 30 Лет, в которых хотя бы один из супругов владеет специальными знаниями в области реабилитации.

Криминологическая характеристика девиантного поведения, правонарушений и преступлений, совершаемых несовершеннолетними.

Анализируя законодательство, направленное на профилактику, предупреждение и пресечение девиантного, делинквентного и пре^ ступного (правонарушающего) поведения несовершеннолетних, следует отметить, что оно направлено на все население несовершеннолетнего возраста, имеет строгую структуру, последовательность, порядок применения в зависимости от возрастных групп. Выделяет* ся две основные группы: от рождения до 12 лет — дети (детство), от 12 до 18 лет — подростки (отрочество). Также выделяется законодательство, защищающее детей (молодежь) как потерпевших от общества, и законодательство, воздействующее на детей (молодежь) как посягающих на интересы и устои общества. Применение специализированного законодательства в отношении несовершеннолетних обусловливается тем, что проблемы развития считаются естественным проявлением в жизни молодежи, потому и принудительные меры воздействия рассматриваются именно как меры воспитательного и образовательного характера. Карательное воздействие в отношении несовершеннолетних исключено в принципе.

Основные виды противоправных (правонарушающих) действий: 1)

посягательства против собственности: кража со взломом, простая кража (кража товаров открытой выкладки в магазине, карманные кражи, кража сумок); угон транспортных средств; вандализм; 2) преступления против личности — квалифицированная кража с применением физического или психического насилия и с применением холодного или огнестрельного оружия; нанесение телесных повреждений (как правило, драки); сексуальное насилие (распространены и случаи коллективного насилия); убийство (реже всего встречающееся преступление несовершеннолетних).

Основные виды делинквентного поведения: потребление наркотиков, психотропных и других стимулирующих веществ, употребление алкоголя.

Основные виды девиантного поведения: побеги из дома и проституция (мальчиков и девочек); самоубийство.

Формы плохого обращения с детьми в семье и со стороны ЛИ11, заменяющих родителей: физическое насилие, отсутствие заботьЬ сексуальное насилие. Ситуации, в которых безопасность и развитие ребенка нарушаются и считаются нарушенными: если его родителей нет в живых и им не занимаются или стараются от него избавиться другие лица; если его умственное или эмоциональное развитие находится под угрозой из-за отсутствия необходимого ухода или вследствие изоляции, в которой он содержится, или из-за недостатка родительской любви; если его физическое здоровье находится под угрозой из-за отсутствия необходимого ухода; если он лишен материальных условий существования, соответствующих его потребностям и возможностям его родителей; если ребенок находится под присмотром лица, поведение или образ жизни которого могут представлять моральную или физическую угрозу; если его заставляют или побуждают попрошайничать, выполнять работу, не соответствующую его возможностям, выставлять себя напоказ неподобающим образом; если он является жертвой сексуального насилия, подвергается жестокому физическому обращению, в том числе и по небрежности.

На противодействие (предупреждение, пресечение и профилактику) указанных противоправных девиантных и делинквентных форм поведения несовершеннолетних направлена действующая в Канаде ювенальная юстиция — система ювенального законодательства и органов государства, в том числе органов правосудия и гражданского общества по воспитанию, образованию несовершеннолетних и профилактике их отклоняющегося поведения.

История ювенальной юстиции в Канаде

ювенальный юстиция америка право

В ранней истории Канады реабилитация детей-правонарушителей была основана на социальных установках, позициях и законах, которые господствовали во Франции и Англии. Это были нормы не только Закона, но и Церкви. Римско-католическая церковь была весьма влиятельным органом в Новой Франции. В целом, было установлено, что дети в возрасте до семи лет повторно не могут быть наказаны, потому что они еще не были способны понимать характер и последствия своих действий. Это также распространялось на правонарушителей в возрасте до 14 лет: необходимо было воздержаться от сурового наказания, за исключением тех случаев, когда это было оправдано особыми обстоятельствами. На практике, однако, эти рекомендации не всегда соблюдались. В результате многие дети были подвергнуты арестам и суду. В 1813 году, например, 13-летний мальчик был повешен в Монреале за кражу коровы Carrigan Owen. Juvenile delinquency in Canada : a history. — Concord (Ontario): Irwin Publishing, 1998..

Чарльз Данкомб, член Законодательного Собрания Верхней Канады, в 1836 году высказал мнение, что тюрьмы не должны быть просто местом для отбытия наказания, но и местом исправления и морального и интеллектуального совершенствования Carrigan Owen. Juvenile Delinquency and Its Treatment in Canada to 1908, January 1999.. Он был одним из первых канадских реформаторов, который предположил публично и официально, что корни преступности несовершеннолетних лежат вне человека и что вся община несет ответственность за решение этой проблемы. Несмотря на то, что он не предложил конкретный план, он ясно дал понять, что рассмотрение дел в отношении несовершеннолетних во взрослых судах не является правильным.

В то же самое время предлагалось создать реформатории для молодых правонарушителей, предполагая, что они будут служить для размещения брошенных или недисциплинированных детей и лиц, осужденных за преступления. Такие центры должны были быть поставлены под контроль пенитенциарных инспекторов. Молодым людям там должны были дать образование, обучить навыкам профессии. При обсуждении данного вопроса возникло немало разногласий, в том числе, по вопросам финансирования, поэтому этот проект так и не был реализован.

В Верхней Канаде в начале 1850-х годов пенитенциарные инспекторы выдвинули программу на уровне общей школы. В 1857 году законодательная ассамблея Канады приняла закон о сокращении сроков судопроизводства и наказании несовершеннолетних правонарушителей. В 1875 году федеральное Правительство приняло поправки к Закону, регламентирующему уголовный процесс An Act to amend the Act respecting Procedure in Criminal Cases and other matters relating to Criminal Law. — Statutes of Canada. — volume 1, 1875. — Chapter 43., что позволило общеуголовным судам отправлять 16-летних правонарушителей в ремесленные школы вместо исправительный учреждений (на срок от двух до пяти лет). Среди первых институтов, которые отразили такой подход, было Галифакское протестантско-промышленное училище (Halifax Protestant Industrial School) в 1864 году. Школа была разработана для того, чтобы обеспечить домом беспризорных и безнадзорных детей. В связи с этим его целью было предотвращение преступности и помощь. Тем не менее, суды вскоре начали посылать осужденных несовершеннолетних в школу для целей реабилитации. Учреждение управлялось группой волонтеров. Дисциплина не была суровой, и резидентам было разрешено многое, в том числе, выезд за пределы школы. К сожалению, эти школы страдали от недостаточного финансирования и, как следствие, ограниченности программ и нехватки персонала.

Эксперимент Галифакса был предтечей целого ряда новых идей и подходов, которые возникли по всей Канаде во второй половине девятнадцатого века. Среди них промышленные школы, поощрение бесплатного государственного школьного образования, патронат, а также новые идеи в законодательном регулировании. В 1887 году в Онтарио были созданы ремесленные училища (на основании Закона «О ремесленных школах» 1874 года An Act respecting Industrial Schools. — Statutes of the Province of Ontario, 1874, chapter 29.), которые должны были заполнить пробел между государственными школами и исправительными учреждениями. В 1884 году было изменено законодательство, согласно которому любого ребенка в возрасте до 14 лет, признанного виновным в совершении мелкого преступления, могли направить в ремесленное училище вместо исправительного учреждения. К 1894 году почти 200 детей были размещены в ремесленных школах в Онтарио Youth Court Statistics. — Statistics Canada : Canadian Centre for Justice Statistics. -Volume 17. -Number 10, 1995..

На законодательном уровне очень оживленно обсуждался вопрос о ювенальной юстиции. Предлагались меры по предотвращению правонарушений и изменениям в лечении молодых правонарушителей. Среди профилактических мер были предложения по строгому соблюдению законов о посещаемости школ, комендантского часа, оказанию помощи по поводу опеки и попечительства. Было определено, что все дети в возрасте до 14 лет должны представать перед судьями в специальных судах — осужденные дети в возрасте до 14 лет никогда не должны быть заключены в тюрьму общего режима и могут быть направлены в исправительные учреждения только в крайнем случае. Предлагалось ввести систему испытательного срока и условно-досрочного освобождения.

Законодательство также начало внедряться на уровне провинций. В 1890 году, например, законодательное собрание Британской Колумбии приняло Реформаторский Акт An Act for establishing a Juvenile Reformatory. — Statutes of British Columbia, 1889-1890. — Chapter 21., который выделил три категории мальчиков, приговоренных судами: те, кто отбывал наказание от двух до пяти лет, те, кто были переведены из мест отбытия наказания и те, кто являлись неисправимыми или антисоциальными и нуждались в наблюдении (в возрасте от 10 до 13 лет). С согласия судьи Верховного суда мальчик мог быть освобожден от отбытия наказания (по достижении 12-летнего возраста) и отправлен на работу подмастерьем (не менее чем на 5 лет). Также в течение года после назначения наказания, мальчики могли быть освобождены условно-досрочно за хорошее поведение.

В 1892 году федеральный Парламент принял Уголовный кодексThe Criminal Code. — Statutes of Canada, 1892. — volumes 1 and 2. — chapter 29., который включал короткую главу, имеющую отношение к несовершеннолетним преступникам: ни один ребенок в возрасте до 7 лет не мог быть признан виновным в совершении какого-либо преступления, дети от 7 до 14 лет могли получить санкции Суда за свои правонарушения, если было доказано, что они понимали суть и последствия своего поведения. Также там отмечалось, что судопроизводство в отношении лиц, не достигших 16 лет, должно быть проведено отдельным судебным составом или судом для несовершеннолетних, и не подлежит огласке. Более того, законодательством устанавливалось, что несовершеннолетние правонарушители должны находиться в специальных исправительных учреждениях, в которых не содержатся взрослые преступники.

23 июля 1894 года Парламент принял первую часть федерального законодательства, касающегося несовершеннолетних правонарушителей — Закон «Об аресте, суде и тюремном заключении» An Act respecting Arrest, Trial and Imprisonment of Youthful Offenders. — Statutes of Canada. — volume 1, 1894. Законом были заложены фундаментальные основы функционирования детских обществ помощи (children’s aid societies):

· Вместо помещения в исправительные учреждения, в судебном порядке детей могли направить в специальные дома, созданные при детских обществах помощи;

· Когда мальчикам до 12 лет и девочкам до 13 лет было предъявлено обвинение в совершение какого-либо правонарушения, Суд должен был предупредить об этом детское общество помощи с тем, чтобы последнее могло провести собственное расследование и/или оказать консультативную помощь.

Несовершеннолетние правонарушители отныне стали рассматриваться не как преступники, а как дети, нуждающиеся в помощи и понимании. Реформаторы того времени убедили федеральное правительство Канады ввести в действие Закон «О несовершеннолетних правонарушителях» (1908) The Juvenile Delinquents Act. — Statutes of Canada, 1908. . Он основывался на доктрине parens patriae, которая гласит, что государство может вмешаться в воспитание несовершеннолетних, когда семья не в состоянии обеспечить все потребности своих детей.

Закон «О несовершеннолетних преступниках» провозглашал, что «каждый несовершеннолетний правонарушитель должен рассматриваться не как преступник, а как запутавшийся и дезинформированный ребенок». Закон предусматривал создание отдельных судов для несовершеннолетних, которые должны были рассматривать все дела с участием детей (за исключение случаев, когда ребенок старше 14 лет обвинялся в убийстве или измене). Переводы несовершеннолетних правонарушителей в общеуголовную систему юстиции оставались на усмотрение судей специальных судов для несовершеннолетних. Молодые люди, задержанные и находящиеся в ожидании слушания, должны были быть помещены в арестные дома или приюты исключительно для несовершеннолетних. Материалы также не подлежали разглашению.

Закон «О несовершеннолетних преступниках» считается важным нормативно-правовым актом того времени, который задал тон подхода к системе правосудия в отношении несовершеннолетних почти на 75 лет. Однако этот законодательный акт не раз подвергался критике, например, в 1965 году Министерство юстиции отметило, что в системе ювенальной юстиции Канады не наблюдается единообразия с точки зрения типов и размеров учреждений для несовершеннолетних, количества и квалификации персонала таких учреждений, политического курса Juvenile Delinquency in Canada: The Report of the Department of Justice Committee on Juvenile Delinquency. — Ottawa: Queen’s Printer, 1965..

Очень важная для вас статья:  Права на мотоцикл в Канаде

Доклад 1965 года положил начало длительному периоду дискуссий и постепенному реформированию системы. В данном докладе акцент делался на отсутствие единообразия функционирования исправительных учреждений в Канаде, непрофессионализме сотрудников таких учреждений, плохой подготовке судей и сотрудников аппарата суда, «произволе» судей при назначении наказаний несовершеннолетним. В некоторых провинциях, особенно в Квебеке, предприняли ряд шагов для изменения своей системы правосудия в отношении несовершеннолетних, например, обеспечили доступ к адвокатам и ввели в действие программы «выведения из системы правосудия». В 1970 году федеральное правительство внесло на рассмотрение законопроект «О молодых правонарушителях». В то время как этот законопроект ограничивал юрисдикцию предлагаемого Закона «О федеральных уголовных преступлениях», он все же придерживался рекомендаций Министерства юстиции 1965 года. Однако этот Закон так и не был принят, его называли слишком «карательным» Bennett John. Concerns about the Young Offenders Act // Provincial Judges Journal (a publication of the Canadian Association of Provincial Court judges). — Volume 8. — Number 4, January 1985. — P. 17-18..

В начале 1981 года в парламент был внесен еще один Закон «О молодых правонарушителях» Young Offenders Act. — Revised Statutes, 1985.. А в 1982 году федеральное правительство ввело в действие Канадскую хартию о правах и свободах Canadian Charter of Rights and Freedoms, Part I of the Constitution Act, 1982., которая стала основной частью Конституции страны. Хартия защищала, помимо прочего, такие права как право на жизнь, свободу и личную неприкосновенность.

Закон «О молодых правонарушителях» вступил в силу 2 апреля 1984 года, заменив Закон «О несовершеннолетних правонарушителях» 1908 года. Данный Закон затрагивал права несовершеннолетних, делал акцент на различиях между несовершеннолетними правонарушителями и взрослыми, определил новый ряд наказаний, которые включали варианты финансовой реституции или компенсации потерпевшему, установил пределы возраста несовершеннолетних, в рамках которых возможно привлечение к уголовной ответственности — с 12 до 17 лет.

Закон изначально предусматривал, что содержание под стражей не может превышать двух лет, за исключением случаев, когда преступление влекло за собой наказание в виде пожизненного заключения, и в том случае максимальный срок заключения не мог превышать трех лет. Хотя Закон разрешал передачу дел в общеуголовный суд в определенных ситуациях, большинство дел должно было рассматриваться судом по делам несовершеннолетних. Несмотря на все свое новаторство, данный Закон критиковался за излишнюю карательную направленность.

В 1998 году федеральное правительство опубликовало Стратегию «обновления» ювенальной юстиции A Strategy for the Renewal of Youth Justice. — Ottawa: Department of Justice, 1998.. Она была сосредоточена на трех областях: предотвращение преступности среди молодежи, обеспечение «наказания по заслугам» и реабилитация и реинтеграция молодых правонарушителей. Все это было учтено в новом Законе «Об уголовном правосудии в отношении несовершеннолетних», который вступил в силу в 2003 году. Youth Criminal Justice Act. — Statutes of Canada, 2002. Данный Закон заложил основы реабилитационной и внесудебной политики по делам несовершеннолетних преступников, ужесточил возможности перевода несовершеннолетних во взрослые суды, ввел ряд новых видов наказания, которые должны назначаться несовершеннолетним вместо содержания в исправительных учреждениях.

Таким образом, можно заметить, что ювенальная юстиция в Канаде, так же, как и Соединенных штатах, развивалась от инициатив, поддержанных общественностью (реформатории, ремесленные училища), до законодательного закрепления (на протяжении XIX-XX веков одни Акты сменялись другими). Однако сейчас наиболее признанным подходом к ювенальной юстиции признается именно законодательное регулирование. Канадский законодатель прошел путь от преобладающей доктрины parens patriae в юстиции для несовершеннолетних до идей «наказания по заслугам», предотвращения преступности, реабилитации и ресоциализации несовершеннолетних.

Новое в блогах

ТАЙНЫ ЮВЕНАЛЬНОЙ ПОЛИТЭКОНОМИИ (заметки)

Когда-то узнав про ювенальную юстицию, я стал интересоваться этой темой. Время от времени делал заметки и выписки и теперь предлагаю вашему вниманию, что-то нечто брошюры, где попытался их собрать воедино.

Разговор пойдет не только о ювенальной юстиции, очень специфической и мистифицированной отрасли права, но и о кризисе общества, который, как, ни выкручивайся, а набирает глубину.

В отношении ювенальной реформы сегодня преобладают либо суеверные, обывательские одобрямсы и внедрямсы, слепая, безоговорочная вера в полезность любых западно европейских затей, не говоря уже о той благотворительности и опыте, которыми хотят поделиться с нами, дремучими соседями на Востоке , их «партнеры», либо такое же суеверное обывательское отрицание и сопротивление, базирующееся на эмоциональном неприятии антитрадиционных новшеств.

Увы, и то, и другое суть обывательские предубеждения, так как одни, откровенно дезинформированные, просто используются, исходя из служебной зависимости, для проталкивания непонятных и чуждых обществу норм социальной жизни, другие же, по «другому незнанию» природы ювенальных институтов, мистифицируя и демонизируя вопрос, используют для борьбы с ней совершенно бессмысленные методы и доводы.

При этом ни та, ни другая позиция не может дать рационального, объективного понимания, что же на самом деле происходит. А там, где нет логического понимания, нет ни политического, ни экономического , а есть недомыслие, разгул спекулятивной фантазии, просто профанация .

Прежде чем мы попытаемся рассмотреть вопрос, в чем основные причины, породившие ювенальную юстицию как институт права, стоит начать с истории, то есть рассказать и о ней самой, и о тех политико-экономических обстоятельствах, из которых она взяла себе такое имя. Без этого, наше изложение будет неполным и совершенно непонятным.

Текст рассчитан на тех кто, хоть немного знаком с проблемой ювенальной юстиции и следит за её развитием.

ВСЕ ДОРОГИ ВЕДУТ В РИМ

Имя для ювенальной юстиции дал Ювенал Децим Юний (ок. 60-130 н.э.) римский поэт, прославившийся тем, что писал стихотворную сатиру на аморальность и несправедливость порядков современного ему римского общества.

Подробности жизни Ювенала малоизвестны, а то, что известно очень противоречиво. Есть отрывочные сведения, что, будучи сыном вольноотпущенника (раба отпущенного на свободу) он смог получить неплохое образование, которое применить в дальнейшем построении карьеры, как и множество его сверстников не мог. Молодежная безработица была известна еще в Древнем Риме. Ювенал принялся сочинять сатирические стихи. Другой возможности реализовать себя, в римском обществе того времени, у сына вольноотпущенника, похоже, не было. Писал он их на стенах храмов, чем вызывал страшное возмущение у властей. Традиция писать лозунги Ювенала на стенах домов, сохраняется по сей день.

Основными объектами едких нападок хулигана-поэта, была элита, её неправедный и порочный образ жизни, что само по себе было очень востребовано недовольным римским обществом — обществом медленно умирающей римской демократии. Сама же римская элита, считала, что основным мотивом и источником вдохновения для стихов Ювенала (и таких как он), изобличающих падение нравов, коррупцию и взяточничество в Римской империи, являлась… элементарная зависть. Об этом предположении и объяснении, вскользь упоминают некоторые придворные хронологи того времени.

Это не лишено оснований. Огромное количество праздно живущих, но по сути незанятых молодых людей, как граждан свободного Рима, оказавшихся лишними на празднике римской жизни и завистливо наблюдающих безумную роскошь римских богачей, военочальников и чиновников, их честолюбивое житие в неге и разврате, вполне могла раздражать патриотическую молодежь и в этом сплачивать друг с другом. То есть общая ненависть к более «успешным» и удачливым своим согражданам создавала целую субкультуру.

Обычно, демографические социальные перекосы в Римском обществе (а появление праздной молодежи, угрожающей общественному порядку, да и всему государственному строю – проблема любого общества, не только древнего но и современного), решались на государственном уровне, то есть, как правило, за счет организации войн (как потом и крестовых походов в средние века), и в основном захватнических. В боях за расширение и ограбление окраин империи, амбициозная молодежь мужала и оформлялась на уже захваченных территориях в новую поместную элиту. Или, на худой конец, возглавляла войска контролирующие новые территории. Во всяком случае, молодые бунтари, окупали свое содержание (довольствие) и приносили большую ратную пользу римскому государству. Единственной проблемой было то, что для такого кардинального шага, не всегда были подходящие внутренние и вешние геополитические обстоятельства.

Впоследствии сам Ювенал, как и его достаточно посредственные, с точки зрения поэзии, стихи-сатиры, полные риторического морализаторства, стали очень популярны среди болтающейся без должного дела римской молодежи. Одухотворенная этими стихами, она стала опасно задумываться о смысле своей жизни, как и о действенности римских богов и общественных добродетелей, что морально разлагало римское общество изнутри. Эта молодежь и стала частенько нарушать общественный порядок в стране, чем усиливала и без того, вечное и отчаянное противоборство внутри Рима за власть.

Темы стихотворений Ювенала долго остаются традиционно критическими: он рисует падение нравов, сравнивает излишества, разврат и нечестие современного ему Рима со скромностью и благородством доблестных предков, рассуждает о подлинной и мнимой дружбе, предается философским размышлениям о влиянии родительских грехов на детей, о предпочтительности добродетели по сравнению с богатством и высоким происхождением, т.д. то есть о всем, что легко подхватывается неблагополучной улицей, толпой, чернью.

Всё это быстро подхватывалось и передавалось из уст в уста и молодежью..

Известно, что на протяжении всей истории Рима, пытаясь заручиться поддержкой римских улиц, и прежде всего энергичной и романтичной молодежи, целый сонм политических деятелей, а также их временных политических блоков, пытались покорить вершину власти.

В этой связи, как раз была очень уместной «политическая сатира» Ювенала — стихотворное обличительство, используемое уже в качестве политической пропаганды..

Как видим, заигрывание с социально ориентированными идеями (по сути, идеями левыми, социалистическими) всегда было (как есть и сейчас) в арсенале первых революционеров — среди которых было немало политических демагогов. То есть оно, существовавало уже тогда, если не ещё раньше. Левые идеи, социальная риторика, апеляция к общинному прошлому, использовалась по сути для организации банальных дворцовых переворотов, и вполедующем, для легитимации новых властей. Однако, уже добившись власти, и для её же укрепления, бывшие пламенные революционеры тут же вступали в политические союзы с целыми более организованными корпорациями-классами внутри государства, выполняли их требования и. всё начиналось сначала.

Молодежь, со стихами Ювенала на устах, устраивала дебоши, презирала римский порядок и добродетели, дерзила и была хорошим активным пособником, в деле устройства таких всяких политических переворотов. Находясь в самом низу римского общества и не имея определенных перспектив на ближайшее будущее, она естественно отличалась особой социальной возбудимостью, манипулируемостью и склонностью к антиобщественным поступкам, вплоть до преступлений. Пафос этих молодых людей был прост: они ссылались на изначальные римские права, уже успевшие изрядно пошатнуться, и на бесконечно идеализируемое ими прошлое.

Как тут не вспомнить уже наше время кризисных стенаний и ссылок современной молодежи на былую революционно-советскую историю побед на военных и мирных фронтах!

Эмоции и эстетический бунт никогда не приводили к чему-то существенному, римская молодежь пыталась всеми способами отвоевать для себя место под италийским солнцем. В этих своих поисках и борьбе, помимо простого хулиганства, начитавшаяся сатиры молодежь и становилась легкой добычей для политических манипуляторов от разных противоборствующих блоков римской знати.

Сложное, внешнее и внутриполитическое положение римской метрополии (а оно, как у всякой глобальной метрополии никогда не бывает простым), вынудили императора Траяна (по другим сведениям, императора Адриана) за откровенно антигосударственные отзывы в адрес властей, в своих сатирах, и за дурное влияние на римлян, сослать Ювенала в Египет (или Британию), якобы по военным делам. Это была просто ссылка.

Прожив некоторое время в изгнании, в нужде и нищете, поэт постарел и остепенился. По воле нового императора, пришедшего на смену старому (естественно такому же притеснителю, как и до него) и заигрывающего с римской толпой через признание её любимцев, Ювенал был даже наделен небольшим имением в сельской местности, для пользования которым ему было разрешено вернуться в Италию. Чем опальный поэт не преминул воспользоваться.

Таким образом, перевоспитание поэта, а автоматически и его самых активных фанатов, прошло тихо и незаметно. Ювенал Децим Юний уже более снисходительно относился к известным порокам римского общества, редко высказывал своё мнение, и не представлял уже для римской власти никакой угрозы. Однако имя его навсегда стало соседствовать с понятием молодежной преступности, протеста, бунта, хулиганства, главным источником которого, как тогда, так и сегодня, и это традиционно удобно для сильных мира сего, принято считать зависть к богатству и славе в лице избранных богами, членов общества.

Возникновение ЮЮ в эпоху кризиса долларовой империи совершенно не случайно

В дальнейшем мы не раз будем возвращаться к этой истории, так как множество деталей, в процессе изучения ювенальных реформ, будут говорить о некоем символическом повторении, аналогии нашей истории с историей Древнего Рима, со всеми вытекающими отсюда последствиями.

ДЕТСКАЯ ПРЕСТУПНОСТЬ — ОФИЦИАЛЬНО

Официальный анализ проблемы детской преступности и типовая риторика в СМИ каждый раз оставляет за рамками обсуждения и изучения тот неоспоримый факт, что сама по себе детская преступность, как и её основной источник — семейная неустроенность, материальное неблагополучие и т.д. имеет социально-экономические корни. То есть уровень детской преступности зависит, в основном, не от уровня материального обеспечения отдельно взятой семьи (а значит и её индивидуальной ответственности), а от общего социально-экономического уровня жизни населения, стабильности и защищённости большинства общества, в котором так или иначе живут и воспитываются дети.

Проще говоря, это зависит от наличия нормальной работы у родителей, гарантии стабильной оплаты труда, доступных цен, развитой социальной инфраструктуры и прочих и прочих условий, создающих общую реальную среду жизни и соответственно воспитания ребёнка, а не отдельных семейных ячеек. Если даже сравнивать с историей римского поэта Ювенала, это и сегодня зависит от социально-экономического и политического положения метрополии империи, что автоматически передается на периферию, в ее отдельные периферийные колонии.

По официальным статистическим данным, основной скачёк роста детской преступности в странах бывшего СССР пришелся на драматические 90-е годы (годы начала массовой приватизации и распределения собственности) и составил в среднем почти от 20 до 40% в год от прошлого периода. Такой бурный рост не может быть описан с точки зрения индивидуализации семейных проблем. Налицо общесоциальная тенденция, которая уже в ХХ I веке в странах России и Украины приобретает одинаковый для всех частнокапиталистических государств вид.

Если учесть, что количество населения России и Украины с 92 года ещё и регулярно сокращается, причём существенно, в относительных пропорциях и сравнениях получится, что детская преступность увеличилась даже больше.

Спекуляции, манипулирование проблемой детской преступности, во время которых происходит уже традиционная, чисто демагогическая подмена частного на общее, а общее на частное, позволяет сторонникам ювенальных реформ многие их тезисы, выдавать за очевидные. Однако такими они кажутся, если смотреть на них неподготовленным взглядом. Что уж говорить о «грантоедском» видении проблемы различными «местными» специалистами по ювенальной юстиции, нанятыми в нашем же социуме «западными партерами» в качестве пропагандистов и проводников-реформаторов ЮЮ. «Грантоедское» сознание кормящихся из западных фондов людей, довольных уже тем, что сумели пристроиться в кризис, позволяет им совершенно не задумываться о чем-то большем и не слышать доводы больше, чем, по их мнению — «маргинальные» мнения о нарушении каких-то там гражданских прав.

В очень странных одеждах, суетливо и под прикрытием болтовни чиновников, задним числом, ювенальная юстиция влезла в постсоветское право, семью и дом. При этом, ни в России ни на Украине, никто толком не может обозначить четкий перечень норм регулирующих ювенальную деятельность и круг лиц, ответственных за её эффективность. В основном используются общие тезисы.

Уже само по себе, то, что масса людей совершенно не знает, что и для чего ими, как и им внедряется, говорит о полном отсутствии обратной связи, и о практичности принимаемых законов ВООБЩЕ. Что, в свою очередь говорит и о качестве и устойчивости самого государства.

Ювенальная реформа, это даже не знаменитая и чудовищная «метадоновая программа», якобы замещающая терапия для славянских наркоманов, проводимая опять же на западные гранты местными человекофилами и которая только добивает несчастных, пытающихся (и решившихся!) всеми силами соскочить с иглы. То есть она никак не реабилитирует их, как это они сами пишут в своих глянцевых презентациях.

Ювенальная юстиция, это программа, сфера применения которой и глубже и серьезней. Это реальные семьи и дети, это самая интимная область воспроизводства (создания) человека. И это, как никак, будущее славянской нации, России. Причем любой России, капиталистической, посткапиталистческой, социалистической, России модерна, постмодерна, какой угодно.

НАСТОЯЩИЙ ОПЫТ ЕВРОПЫ

Начав рассуждать «в общем» мы рискуем быть обвинены в отсутствии конкретики. Поэтому сделаем в этом направлении несколько достаточных шагов.

Ювенальная юстиция уже долгое время существует в Европейских странах, чтобы мы, ничтоже сумняшеся, могли просто и ясно спросить о конкретных и практических результатах её применения в самой Европе. Так сказать, просто и по-простому.

Если с положительной ювенальной статистикой, можно легко познакомиться из ярких и богатых на полиграфию ювенальных буклетов, то о критических данных и замечаниях в адрес ювенальной юстиции, самих западных специалистов, узнать из СМИ значительно сложнее. Никто не торопится быть объективным. Особенно в этом вопросе. И это выглядит очень странно, ведь речь идет, как-никак о детях.

Но странным это кажется только на первый взгляд. В дальнейшем мы должны уйти от ощущения странности, и прийти к осознанию закономерности. В этом, к слову основная цель данного текста.

К примеру, в 2009 году в Канаде было опубликовано серьезное резонансное исследование, проведенное Уберто Гатти из Генуэзского Университета (Италия), Ришаром Тремблэ и Фрэнком Витаро (Монреальский университет) которое показывает: система ювенальной юстиции имеет отрицательное влияние на малолетних правонарушителей и их последующую жизнь, уменьшая их шансы на полноценное возвращение в общество. В этом исследовании, было проведено сравнение «взрослой» криминальной статистики двух категорий взрослых, бывших малолетних правонарушителей: тех, кто прошел через «ювенальную систему» и тех, кого она миновала.

В сравнении с теми, кто имел в юности схожую историю противоправного поведения, но не стал «пациентом» ювенальной системы:

— те, кто получил мягкие «ювенальные» приговоры (принудительное консультирование, общественные работы, возмещение ущерба), – в 2,3 раза чаще совершали преступные деяния во взрослом возрасте.

— те, кто получил «ювенальный» испытательный срок, – в 14 раз чаще совершали преступные деяния, став взрослыми.

— те, кто был в юности помещен в ювенальные исправительные заведения, – в 38 раз чаще становились преступниками, уже повзрослев.

То есть, чем более серьезным было вмешательство ювенальной системы, тем большим было его негативное воздействие», указывают исследователи.

Доктор Роберт Эпстайн, известный специалист по проблемам подросткового возраста из США, в своих работах, и в частности в своей статье «Ювенальное неправосудие: скандал в Пенсильвании – лишь верхушка уродливого айсберга» пишет:

«Система ювенальной юстиции с самого начала произросла из дурного корня и привела к незаконному лишению свободы даже не нескольких тысяч, а миллионов молодых людей. Американская система ювенальной юстиции, а в действительности и почти все системы ювенальной юстиции в тех странах, в которых они есть, были введены в действие в 1899 году, в округе Кук штата Иллинойс, Джейн Аддамс и ее богатыми, принадлежащими к высшему классу коллегами по Халл-Хаус – чикагскому учреждению, занимавшемуся социальной реформой…»

Заметьте, это пишет признанный в западном мире специалист, знакомый с опытом работы ювенальных институтов задолго, до внедрения его у нас и нашего разговора!

Есть также очень важное свидетельство того, КАК ювенальная система «защиты прав детей» функционирует в США, стране, где она существует давно и «успешно» в виде муниципальных органов опеки. Сенатор Генеральной Ассамблеи (парламента) американского штата Джорджия Нэнси Шэфер, провела собственное расследование и опубликовала его результаты в 2007 г. По ее словам, это стоило ей сенаторского кресла. В дальнейшем она продолжала информировать американскую и мировую общественность о порочной сути американских «Служб защиты детей». В своих выступлениях Шэфер сообщала общественности о вскрытых ею фактах связи деятельности «Служб защиты детей» с нелегальной торговлей людьми, сексуальной эксплуатацией детей и другими преступлениями. Героическая, самоотверженная женщина копнула слишком глубоко, затронув больные интересы чиновников «ювенальной системы» Америки: в марте 2010 Нэнси Шэфер и ее муж были найдены застреленными в своем доме. По официальной версии, муж госпожи Шэфер, якобы страдавший раком в терминальной стадии, убил свою жену и застрелился сам, оставив предсмертную записку. Проведенное расследование так и не нашло никаких доказательств того, что покойный был действительно… болен.

Есть много других свидетельств фактов, отражающих ИДЕОЛОГИЧЕСКУЮ, ПРАКТИЧЕСКУЮ и ФАКТИЧЕСКУЮ реализацию ювенальной реформы. Но чем больше ею интересуешься, тем больше она вызывает «нежелательных для существующей ювенальной системы» даже теоретических правовых вопросов.

Существует ряд нормативных документов, содержащих подробное описание правовых основ функционирования системы ювенальной юстиции. Один из основных документов – Европейская социальная хартия, на данный момент уже принятая Россией. То есть, в обход законодательного органа,она уже стала частью российского права.

Опираясь на этот и подобные, ставшие «за глаза» легитимными в наших странах документы, ювенальная юстиция, в качестве «профилактических» мер, может запросто поставить вопрос об изъятии Вашего ребёнка, если он, по мнению социального работника «не должным образом» питается, отдыхает, развлекается, и т.д. Речь не идет об обвинении в «ювенальном» отбирании детей, хотя реальные случаи на территории славянских государств уже фиксируются, речь идёт о том, что такая практика, на основе не до конца легитимного законодательства, закладывается в основу деятельности целого правового института КАК ВОЗМОЖНАЯ(. ), причем с большим упрощением процедуры!

Можно только представить какой мощный рычаг для выдавливания денег из и без того ослабевших материально семей (не говоря уже о возможности шантажа), получит, таким образом, наш доморощенный бюрократ-ювенал, типичный представитель буржуазно-капиталистического «рыночного» класса, находящийся на «вкусном» посту в системе власти!

Рядовые люди, осознавшие всю серьёзность вопроса сообщают в своих комментариях нечто подобное этому: «В рекламных СМИ уже можно увидеть объявления о вакансии с неполной занятостью: » требуется специалист по выявлению семей, находящихся в соц.опасном положении». Набирают студентов без опыта и образования. Оплата соответствующая возрастным категориям: ребёнок до 7лет – 430 р, после 7 лет-350р. На рынке усыновления маленькие дети ценятся уже больше. Этим «бедолагам» рынка, работающим сдельно, придётся искать как можно больше таких детей, чтоб заработать. Однако. явно, что на этих детях нагреют ручонки уже совсем другие люди. »

Ювенальная юстиция. Как это выглядит в Канаде?

С 2010 года в Украине реализуется проект «Реформирование системы уголовной юстиции относительно несовершеннолетних в Украине» под руководством канадской гражданки Т.Сэнфорд Аммар. Официально реализация проекта направлена на уменьшение детской преступности. Является ли канадский опыт настолько хорошим, а реформы тем, что хотят нам показать?

ИГРЫ СО СМЫСЛАМИ

Осуществляемый в Украине г-жой Сэнфорд проект носит название «Реформирование системы уголовной юстиции относительно несовершеннолетних». В англоязычном варианте на сайте проекта он поименован иначе – «The Juvenile Justice Reform Project in Ukraine», а именно – «Реформа ювенальной юстиции в Украине». Но содержание понятия «ювенальная юстиция» шире, чем «система уголовной юстиции».

В начале (2010г.) перевод названия проекта говорил о реформах именно ювенальной юстиции. В дальнейшем провайдеры реформ отказались от употребления термина «ювенальная юстиция» для обозначения уголовной юстиции для юношества, хотя де-факто настаивают именно на употреблении понятия «ювенальная юстиция» исключительно в этом контексте.

Упомянутая терминологическая чехарда свидетельствует не только о явной слабости реформаторов в области научно-методического и логико-правового обоснования необходимости проведения таких реформ, но и говорит о явном нежелании открытого обсуждения других, «внеуголовных аспектов» проводимой ими деятельности.

ИГРЫ СО СТАТИСТИКОЙ

В Украине ежегодно нарушают закон около 22 тыс. детей до 18 лет. А вот согласно даннях Канадского центра судебной статистики в 2011 году в Канаде нарушили уголовные законы 135600 тинейджеров при том, что население Канады составляет 33 млн.чел..

У нас количество переданных в суды уголовных дел в отношении подростков снижалось в период 2005-2010г.г. с 15299 до 9999. Соответственно сокращалось и количество повторных преступлений с 1971 (2005г.) до 921 (2010г.). За решетку попадает лишь менее 10% осужденных подростков (в 2010 году – 929 человек из 10882 осужденных). В колониях находилось 1432 воспитанника.

В Канаде в 2011 году лишь 43% малолетних преступников предъявлены обвинения, остальные нарушители «перевоспитывались» по альтернативным методикам. Под надзором полиции или на испытательном сроке находились 13300 молодых людей. Под стражей пребывали 1500 подростков, из них чуть более половины (54%) содержались в следственных изоляторах, ожидая суда, а остальные отбывали наказание в виде ареста. Сроки заключения для молодых преступников в Канаде невелики – 41% арестованных приговорены к одному месяцу заключения и менее, а еще 49% осужденных отбывают от одного до шести месяцев ареста.

Публично обсуждая причины детской преступности г-жа Сэнфорд категорично отрицает существенное влияние факторов бедности и неполных семей. При этом она, как пример, приводит наличие большого количества молодых канадских индейцев, пребывающих в заключении утверждает: «Мы в Канаде изучили эту проблему!». Но изучить проблему не означает её решить. Канадская статистика говорит о том, что процент индейцев в молодежной уголовно-исправительной системе по прежнему высок и составляет 24% для юношей и 34% для девушек при общей их доле среди молодежи Канады, составляющей около 6%. В чем же тогда положительный итог канадских реформ, если они не могут справится с «изученной» и понятной для всех проблемой?

Сравнение уровня подростковой преступности «отреформированной» Канады и «предреформенной» Украины впечатляет и ставит вопросы о необходимости проведения реформ по канадской модели.

КТО ВЫ, ГОСПОЖА СЭНФОРД?

Неувязки со статистическими данными, жонглирование с юридическими понятиями вынуждают обратить внимание на личность руководителя украинско-канадского проекта.

Г-жа Сэнфорд является бакалавром теологии и языков, а также магистром «русского регионоведения» (Университет Карлтон). В 1998 году она защитила диссертацию «Создание криминальной России», проанализировав содержание советских и российских газет «Известия» и «Московские новости» за период с 1985 по 1996г.г..

Большую часть своей карьеры г-жа Сэнфорд управляла средствами международных доноров, реализуя проекты «технической помощи» в других странах. Продвигаемые г-жой Сэнфорд реформы осуществлялись в самых различных сферах – от экономической до судебной. Особо заслуживает внимания её участие в проектах Канадской службы безопасности и разведки.

Г-жа Сэнфорд некоторое время проживала в Тунисе и через сеть Интернет приняла участие в событиях «Жасминовой революции» (январь 2011 года). Через созданную ей страницу Facebook “Тунисские беспорядки” англоязычная публика получала инсайдерскую информацию о событиях в Тунисе.

Не умаляя заслуг г-жи Сэнфорд в деле борьбы за торжество «демократии» можно поставить под сомнение её компетентность в сфере детской криминологии Канады. По роду своей деятельности г-жа Сэнфорд является скорее международным менеджером, и ассоциировать её с национальным чиновником Канады нет никаких оснований.

МАСШТАБЫ И СМЫСЛЫ

Для достижения целей реформы предполагается создать единую систему плотного взаимодействия милиции, школ и органов социальной опеки.

Количество школьников Украины в учебном году 2012/2013 составила 4222000 чел., а школ – 19700. Доля молодых нарушителей (22 тыс.чел.) к общему количеству школьников составляет примерно 0,5%, а доля реально попавших в исправительные заведения и того меньше – 0,02%. В абсолютном выражении количество малолетних рецидивистов в местах заключения Украины немного превышает 800 человек.

Обращает на себя внимание несоответствие запланированного масштаба изменений существующему масштабу задекларированной проблемы детской преступности. Благодаря несложному сопоставлению цифр, можно предположить, что количество чиновников, вовлекаемых в создающуюся «целостную систему» будет значительно превосходить количество самих малолетних заключенных.

Не может не вызывать изумление методологическая узость реформаторов – бороться с детской преступностью предполагается преимущественно путем наращивания чиновничьего аппарата, пусть и со смягчением наказаний для малолетних преступников. Это означает борьбу с последствиями, а не с источниками детской преступности.

СПОНСОРЫ И ПРОВАЙДЕРЫ

Наша государственная система находится под неусыпным контролем и воздействием международных структур. Детский фонд ООН (ЮНИСЕФ) ежегодно выделяет средства для проведения реформ Украины в области подростковой юстиции. В период с 2006 по 2010 г.г. ЮНИСЕФ профинансировал реформы Украины в сумме около полумиллиона долларов. Средства поступали в основном от Шведского агентства международного развития и Национального комитета ЮНИСЕФ Великобритании.

Начиная с 2010 года по 2014 год для реализации обсуждаемого нами украино-канадского проекта выделено 6.661.799 долл.США. Заказчиком реформы является Канадское агентство международного развития. Это правительственное учреждение, подчиненное Министерству иностранных дел, торговли и развития Канады. Основной задачей Агентства является управление помощью развивающимся странам. Начиная с 2004г. Агентство реализует 36 проектов в разнообразных сферах общественной жизни Украины на общую сумму более 150 млн. долл. США.

На средства Агентства проект реформы молодежной юстиции реализуется частной компанией «Агритим Канада Консалтинг Лтд.»(г.Калгари, Канада). В этой фирме г-жа Сэнфорд является даже не первым лицом, а руководителем проекта. Изначально «Агритим»(Agriteam) занималась аграрными вопросами, о чем красноречиво свидетельствует ёё название, которое может быть переведено как «Сельхозкоманда», но потом расширила сферу деятельности.. В настоящее время специализацией «Агритим Канада» является управление проектами реформ в «развивающихся и переходных странах-партнерах».

Очень важная для вас статья:  Канада готовит изменения программы для Инвесторов Канада

ЕСТЬ ЛИ СУВЕРЕНИТЕТ У УКРАИНЫ ?

Г-жа Сэнфорд позволяет говорить об украинской системе юстиции, как об объекте своего воздействия. И это неудивительно, ведь наличие у неё таких возможностей открыто демонстрируют высшие чиновники Украины. Так, уполномоченный Президента Украины по правам ребенка Юрий Павленко на встречах с г-жой Сэнфорд сообщает (или отчитывается?) о проводимой работе по изменению законодательства в сфере детства!

Более того, г-жа Сэнфорд в декабре 2012 года от имени «Агритим Канада Консалтинг Лтд.» подписывает соглашение о партнёрстве с Высшим специализированным судом Украины по рассмотрению гражданских и уголовных дел и Верховным судом Украины, демонстрируя подчиненный статус украинской стороны. Со стороны Украины соглашения подписывали высшие должностные лица судебной власти, а со стороны Канады – менеджер проекта, представитель (не руководитель) частной компании. Присутствие на подписании посла Канады скорее было призвано смягчить вопиющий статусный дисбаланс сторон.

Закон «О судоустройстве и статусе судей» прямо запрещает влияние сторонних лиц на правосудие. Но, как не влиянием посторонних, можно охарактеризовать заключение договоров между частной фирмой и судами, предметом которых является реформирование судопроизводства?

Но, судя по всему, канадские консультанты не считают себя посторонними в коридорах украинской власти. Одним из приоритетов Министерства иностранных дел, торговли и развития Канады официально определено «обеспечение будущего молодежи» в развивающихся странах, которое предполагает «укрепление и выполнение программ» в сфере защиты прав молодежи, обучающих и воспитательных процессах. Понятно, что Украина для Канады является «развивающейся страной», а стало быть, вопросы украинского детства являются сферой интересов упомянутого иностранного органа власти. Вопрос только, на каком основании?

В доступных источниках отсутствует информация о том, кто и каким образом принимаются решения об оказании Украине масштабной «помощи в реформах».

Способны ли мы самостоятельно заботится о своём будущем или подобно туземцам-островитянам в состоянии только инфантильно уповать на дармовую помощь заокеанских друзей, похожую на сыр в мышеловке, превращая эти ожидания в одну из разновидностей карго-культа? Считаем, что сегодня самое время задать этот вопрос и дать на него ясный ответ.
Иван Комаров; Виктор Гамаюн

Ювенальная Юстиция в Норвегии достигала успеха и уже практически полностью уничтожила институт семьи

Я жила в Москве со своим 7-летним сыном, тогда, в 2005 году я познакомилась с парнем из Норвегии, который в будущем стал моим мужем. Мы сразу же переехали к нему в поселение Аурског-Хёкланд в деревню Аурског.

Я грезила мечтами о красивой жизни в Европе, но еще не знала что буквально 50 лет назад Норвегия была развита примерно также как страны Центральной Африки.

В далеком 1905 Норвегия добилась независимости от Дании и Швеции. Эта страна всегда была, да и сейчас есть «рабом». Причем они никогда не видели своего хозяина, а просто платили дань. Культуры не развивалась, образования не было. Граждане говорили то на датском, то на шведском, в итоге даже сейчас у них нет государственного языка. В каждом районе есть свой диалект, а врезультате смешания двух языков образовался национальный язык — букмол.

Можно было бы сказать, что это страна только сейчас формируется, если бы не шел встречный процесс. Норвежское общество стремительно морально деградирует, копируя американские законы и порядки.

Нефть нашли в море 50 лет назад. Ясно, что страна, у которой отсутствовали наука и культура, не могла обладать технологиями добычи нефти из моря — Норвегия воспользовалась иностранной научно-технологической помощью.

Всё это я узнала потом. Когда я покидала Россию, я знала только то, что в Норвегии — самый высокий в мире уровень жизни.

Несмотря на то, что я закончила факультет журналистики МГУ и являюсь кандидатом филологических наук, Норвегия не признала моё образование.

Мне предложили работать учительницей в соседней с нашей Фет-коммуне в сельской школе нового типа — по прогрессивному датскому образцу под названием «Риддерсанд», что в переводе означает «школа рыцарей». В сравнении с нашей российской системой все норвежские школьные госпрограммы выглядят как, по сути, для умственно отсталых. С 1-го по 7-й классы — там начальная школа. Задача государственной программы — выучить алфавит до 13 лет и научить детей считать — читать ценники в магазинах.

Вслух в классе читать нельзя, потому что «стыдно». Специальный учитель выводит ребенка в коридор, и только там, чтобы не позорить «малыша», слушает, как он читает. Учитель имеет право разобрать с детьми два примера по математике в день, если дети не усвоят материал, то через три дня еще раз пытается им объяснить пройденное. Домашнее задание на неделю — пять слов по-английски или восемь, на усмотрение ребенка.

Норвежская школа — это пример полной деградации образования. Литературы нет, истории нет, физики нет, химии нет, естествознания нет. Есть природоведение, называется «обзор». Дети окружающий мир изучают в общих чертах. Они знают, что Вторая мировая война была. Все остальные подробности — это насилие над ребенком и его психикой.

Самая богатая страна мира не кормит детей в школе и в детском саду. Вернее, кормят некой бурдой под названием «томатный суп» из пакета один раз в неделю. Это именно так, в детских садах как государственных, так и частных, — еда только раз в неделю!

Мой старший сын учился в России в обычной школе. Поэтому в Норвегии он стал вундеркиндом. До 7-го класса он не учил ничего — там не надо учить. В школах висят объявления: «Если родители попросят тебя сделать уроки — позвони. Мы поможем освободить тебя от таких родителей».

Единственным способом тренировки памяти сына стало пианино. Я говорила: «Только пикни где-нибудь, что у тебя такая требовательная мама…»

Несчастье случилось через шесть лет моего пребывания в Норвегии. Я ничего не знала об их системе «Барневарн».

Я жила своими заботами: работа, дом, семья… Жила, мало вникая в государственное устройство страны, в которую переселилась. У кого-то, я слышала, отбирали детей, но я же была нормальной матерью.

Я развелась с мужем через три года совместной жизни, после рождения второго сына. Это был конфликт культур. Мне сейчас говорят: «Зато там в каждом деревенском доме есть унитаз и душевая кабина». Да, — отвечаю я на это, — но при этом норвежцы по привычке ходят мочиться за дом.

Три года я с детьми прожила одна. Взяла кредит в банке, купила квартиру, наладила нормальную жизнь, никогда не была социальным клиентом: работала, уделяла достаточное время детям. Дети были только со мной. Поскольку папа обижал сына от первого брака, я поставила вопрос, что не будет никаких свиданий.

С маленьким по закону он был обязан встречаться. Я держалась, как могла, чтобы ребёнок у отца не ночевал — была угроза избиения. Но детский сад, иные госструктуры давили на меня, чтобы я отдавала ребёнка. Поэтому маленький сын оставался у отца сначала по два часа в субботу или воскресенье. Но последний раз провёл у него почти неделю — ребёнок был с температурой, когда он его увез в тридцатиградусный мороз к родственникам в Тронхейм.

В 2011 году, седьмого марта я пошла в полицию поселка Бьоркеланген (Bjorlelangen), потому что мой маленький мальчик рассказал, что тети и дяди, родственники его папы, делали ему больно в ротик и в попочку. Рассказал о вещах, в которые я не могла поначалу поверить.

Есть в Норвегии некая народная традиция, увязанная на интиме с детками: с мальчиками и девочками, — учиняемая кровными родственниками, с последующей передачей их соседям. Поверить в этот бред или ад — я поначалу не могла. Я написала заявление в полицию. Восьмого марта нас пригласили в службу опеки детей Барневарн. Допрос длился шесть часов. Была только я и мои двое детей.

У них есть образцово-показательная система защиты детей, созданная для вида, что они борются с инцестом. Потом я поняла, что центры Барневарн, имеющиеся в каждой деревне, нужны только для того, чтобы выявить проговорившегося ребенка и недовольную мать или отца и изолировать их, наказать.

Из газет я узнала про случай, когда девочку, семи или восьми лет, суд приговорил оплатить судебные издержки и выплатить компенсацию насильнику на содержание его в тюрьме. В Норвегии все повернуто с ног на голову. Педофилия, по сути, не является преступлением.

Восьмого марта 2011 года у меня изъяли первый раз двоих детей. Изъятие происходит так: ребёнок не возвращается из детского сада или из школы, то есть практически крадется у вас, исчезает. Это потому, что его прячут от вас на секретном адресе.

В тот день мне сказали: «Вы понимаете, такая ситуация, вы рассказываете о насилии над ребенком. Нам нужно, чтобы вас освидетельствовал врач и сказал, что вы здоровы». Я не отказывалась. Поликлиника была в десяти минутах езды на машине. Меня в неё посадила сотрудница Барневарн, сказав: «Мы вам поможем, поиграем с вашими детьми». Дети остались не где-нибудь, а в службе защиты детей. Сейчас я понимаю, это было неправомерно. Когда я доехала до поликлиники, старший сын Саша, ему было тогда 13 лет, позвонил и сказал: «Мама, нас увозят в приемную семью».

Я была на расстоянии десяти километров от детей, которых увозили на секретный адрес. По местному закону, детей изымают без предъявления каких бы то ни было бумаг. Единственное, что я могла, — взять себя в руки. Плакать в Норвегии запрещено, это расценивается как болезнь, и Барневарн к тебе может применить принудительную психиатрию.

Оказывается, в Норвегии есть государственный план, квота на изъятие детей у родителей. Органы опеки даже соревнуются по его выполнению — это своего рода госсоревнование. Графики, диаграммы публикуются каждый квартал — сколько детей в каком районе отобрали.

Недавно ко мне попал документ — отчёт шведов. Это доклад о случаях изъятия детей из семей в Швеции и соседних Скандинавских странах. Речь идет о странном феномене. В этом докладе говорится, что в Швеции у родителей изъято 300000 детей. То есть речь идет о целом украденном у кровных родителей поколении. Ученые, криминологи, юристы, адвокаты — люди с традиционными ценностями, которые еще помнят, что семья в Швеции была, — недоумевают. Они говорят, что происходит что-то странное. Идёт государственный погром семей.

Специалисты называют цифру — 10 000 крон (это примерно 1000 евро) в день. Такую сумму получает новая семья за одного приёмного ребенка, причем, любого. Отдельный агент организации Барневарн получает из госбюджета огромную премию за разорение родового гнезда, за кражу потомства. Так происходит во всех скандинавских странах.

Причем, приёмный родитель может выбрать детей, как на рынке. Например, вам понравилась вот та русская, голубоглазая девочка, и вы именно ее хотите взять в приёмыши. Тогда вам достаточно только позвонить в Барневарн и сказать: «Я готов, у меня есть небольшая комната для приемыша…» И называете имя. Вам именно его тут же доставят. То есть сначала находится «наёмная» семья, а уже потом у кровных родителей изымается «под заказ» ребёнок.

Правозащитники Норвегии пытаются бороться со всесильной карательной системой Барневарн. Они всерьез считают, что это коррупционная система по торговле детьми. 3 мая пострадавшие от Барневарн в Норвегии организовали митинг протеста против насильственного разлучения государством родителей и детей в Норвегии. В плане краж детей у родителей Норвегия впереди планеты всей, здесь разлучение детей с родителями — это государственный проект.

Заголовок в норвежской газете: «Одна пятая детей в Норвегии уже спасена от родителей». Одна пятая — это, к слову, от одного миллиона всех детей в этом государстве — почти двести тысяч «спасённых» и живущих теперь не дома с мамой, а в приютах.

Пособие приюту на ребёнка в Норвегии составляет примерно двенадцать миллионов рублей в год. А если вы ребёнка делаете инвалидом, вы получаете еще больше пособий и дотаций. Чем больше травм, тем выгоднее приюту, который является ничем иным, как тюрьмой семейного типа.

Согласно статистике, опубликованной в газетах Норвегии, из каждых десяти новорожденных детей, только два ребенка рожают норвежцы, а восемь из этих десяти рождается у мигрантов. Мигранты дают здоровое население Норвегии, потому что у них близкородственные браки не практикуются.

Больше всего в Барневарн попало детей, рожденных на территории Норвегии от русских. То есть русских детей отбирают в первую очередь. Практически все дети, рожденные от одного или двух русских родителей, ставятся на учет в Барневарн и состоят в группе риска. Они претенденты «номер один» на отбирание.

Что могут сделать родители, если их ребенка отнимают?

Чуть ли не каждый месяц в Норвегии кончает жизнь самоубийством одна российская женщина. Потому что когда к вам приходят и отбирают у вас детей, вы безоружны, вы — один на один с Системой. Вам говорят: «Ты делаешь омлет не по норвежскому рецепту. Ты заставляешь ребенка мыть руки. Ты хромаешь, не можешь сидеть с ребенком в песочнице. Значит, ты — плохая мать, ребенка мы отбираем!».

Система защиты детей в Норвегии построена на презумпции виновности родителей. Родитель виновен заведомо. На родителей вываливается море лжи. Начинается все с простого утверждения: «Вы хотите уехать в Россию». И вы не можете этого опровергнуть, ведь у вас есть родственники в России. Или: «Вы хотите убить своих детей». Это потому, что русские в сердцах говорят: «Я тебя убью!»

Вас постоянно ставят в ситуацию, когда вы должны оправдываться. И вы понимаете, что оправдаться невозможно. Одному вам не остановить норвежскую государственную машину, построенную на баснословных премиях адвокатам, сотрудникам опеки, судьям, психологам, психиатрам, приемным родителям, экспертам и прочим… Премии выдаются за каждого изъятого голубоглазого малыша. У вас нет шансов спасти своего сына или дочь от норвежского приюта, увы. Я прошла все инстанции норвежских судов. Всё схвачено, везде коррупция. Дети — это товар. Их не возвращают.

Все материалы русской прессы о моих детях переводились адвокатом Барневарн и использовались в качестве обвинения на суде. «Она сумасшедшая, она защищает своего ребенка в прессе!» На Западе нет свободы прессы в отношении детей. Апеллировать к обществу невозможно. Там действует закон о конфиденциальности, который активно проталкивается сейчас и в России.

Как работает этот механизм?

Министерство по делам детей в Норвегии называется «буквально» чуть ли ни Министерством по делам детей и равноправию всех форм сексуального разнообразия. Сексуальные меньшинства в Норвегии — это уже совсем не меньшинства. Натуралы — это меньшинство… Имеющиеся в свободном доступе материалы социологов свидетельствуют: к 2050 году Норвегия будет на девяносто процентов гомо-страной. Что понимается под «гомо», нам трудно себе представить. Говорят, что наше российское представление о «геях» и «лесбиянках» — это прошлый век.

На Западе легализовано как минимум тридцать видов нетрадиционного брака. Самая «передовая» в этом плане страна — Норвегия, там «мужчина» и «женщина» — это отживающие понятия. И не случайно в Норвегии нет возможности защитить ребёнка, рожденного в натуральной семье.

Казалось бы, вас это не касается. Вы говорите себе: «Пусть они делают, что хотят! При чем тут я и мои дети?»

Я тоже когда-то так рассуждала, ибо пребывала в полном неведении относительно того, что во всей Европе введены сексуальные стандарты, которые регламентируют воспитание детей в определенном ключе. Этот регламент обязателен для всех стран, подписавших соответствующую конвенцию, принятие которой активно лоббируется сейчас в России. Там прямым текстом говорится, что родители совместно с медиками и детсадовскими работниками обязаны учить крохотных детей «разным видам любви».

А специальный раздел этого общеевропейского сексстандарта сообщает, почему учить европейских детей мастурбации родители и сотрудники детсадов обязаны строго до четырех лет и никак не позже. Для нас, пещерных россиян, это очень полезная информация. На стр. 46 упомянутого документа указывается, что новорожденный должен осознать свою «гендерную идентичность». Приказным секспросветом уже в час рождения ваш ребенок обязан определиться, кто он: гей, лесбиянка, бисексуал, трансвестит или трассексуал.

А так как из равноправия гендеров понятия «мужчина» и «женщина» исключены, то вывод делайте сами. Если ваш ребенок все же не выберет «гендер», то ему в этом помогут всемогущая норвежская Барневарн или финская Ластенсуоелу, немецкий Югендамт и т.д.

Норвегия чуть ли не одна из первых в мире стран создала научно-исследовательский институт при Осло-Университете, который изучает суициды детей от 0 до 7 лет. На взгляд обывателя, очень странно. Как же новорожденный ребёнок может покончить с собой? А на взгляд местной Барневарн это естественно. Если дети после садистских оргий действительно погибают, то тогда официально это можно списать на «суицид».

У меня отобрали детей второй раз 30 мая 2011 года. В дверь позвонили два полицейских и два сотрудника Барневарн. Я открыла дверь на цепочку, выглянула. У всех полицейских чуть ли не револьверы, приехал даже сам начальник полиции Бьорклангена и говорит:

«Мы пришли забрать ваших детей». Я звоню адвокату, она говорит: «Да, по законам Норвегии вы обязаны их отдать. Если вы окажете сопротивление, детей всё равно заберут, но вы их не увидите больше никогда.

Вы должны отдать детей, а завтра они вам объяснят, в чём дело…»

Детей забрали сразу, даже не дали переодеться, и при этом не показали мне никакой бумаги, никакого постановления. После процедуры изъятия я пребывала в состоянии шока: теперь я должна была доказывать, что я — хорошая мать.

В норвежских газетах описали случай: одного мальчика, которого забрали у матери в детском возрасте, насиловали во всех приютах. Он дожил до 18 лет, купил ружье, пришёл «домой» и расстрелял приемных родителей.

Другого норвежского мальчика забрали — он плакал, хотел к маме. Врачи сказали — это паранойя. Его закормили лекарствами и сделали из него овощ. После криков прессы его отдали обратно маме в инвалидном кресле. Он уже не мог говорить, похудел на 13-15 кг. Это была дистрофия, произошли необратимые процессы.

После единственного свидания со мной мой старший мальчик сказал, что он написал письмо в русское консульство: «Я умру, но я все равно убегу из Норвегии. Я не буду жить в концлагере». И он сам сумел организовать свой побег. По интернету он связался с поляком Кшиштофом Рутковским, которому уже удалось спасти польскую девочку из норвежского приюта.

Поляк позвонил мне в самый последний момент, когда всё было подготовлено, и сказал: «Если я вывезу вашего сына без вас, — это будет киднепинг, кража чужого ребенка, а если с вами, то я просто помогаю семье». Мне было тяжело решиться, но выбор был страшный: погибнуть всем троим в Норвегии или спасти хотя бы себя и старшего сына… Не дай Бог, никому испытать такое!

В Польше мы пробыли три месяца. Кровная мать только в России имеет принадлежность к своим детям, является субъектом семейного права. В Европе — нигде. Мой ребенок сначала получил норвежскую приемную мать. Потом нас остановили по запросу якобы «другой» официальной норвежской мамы. В запросе значилось: «Некая тетя — то есть я — выкрала ребенка с территории Норвегии». Тогда Польша, по законам Европы, предоставила моему ребенку польскую приёмную мать.

А чтобы взять ребенка из Польши в Россию, моя мама — то есть бабушка моего сына, стала российской приемной матерью. Таким образом, состоялся обмен между польской и российской приемными матерями. Вот вам норвежский родитель номер один, польский родитель номер два и российский родитель номер три. Родная мать в Европе не в счет.

Вот ситуация: Ирина С. восемнадцать лет прожила в Англии. У неё там был друг. Родилась дочка. Однажды Ирина случайно узнала, что ее сожитель — член садомазохистского клуба. Девочка ее смотрит телевизор — показывают местного гонщика. Дочка говорит: «Мама, а этот дядя приходил ко мне играть в доктора. О! А эта тетя со мной играла в ванной…»

Представляете, когда тебе твой ребенок говорит такое.

Ирина пошла к английскому детскому психологу, а тот ей сказал:

«Дорогая, вы — отстой, вы — вчерашний день. Это не извращения, это креативный секс для элиты».

Она заткнулась и потихонечку стала собирать вещи, готовить свое отступление в Россию. Мудрая женщина…

Сначала в Норвегии были легализованы однополые браки. Потом легализовано усыновление детей однополыми родителями. Там священники — женщины и мужчины — открыто заявляют о своей нетрадиционной ориентации. А сейчас там появились смельчаки среди однополых, которые ставят вопрос о праве венчаться с детьми, жениться на детях.

Если мы, традиционные родители, как овощи, будем сидеть и ждать, то мы проиграем эту битву с однополыми или с иными гендерами за наших с вами родных детей. Сегодня зоной эксперимента являются Северная Европа, Германия плюс США и бывшие британские колонии: Канада, Австралия, Новая Зеландия — это «горячие точки», откуда я получаю сигналы «SOS» от русских матерей. Это первые всполохи войны за священный образ традиционной русской семьи.

Мысль о необходимости открытого сопротивления давала мне возможность не сломаться, не сойти с ума, там, в Норвегии.

Каждый из родителей в России должен понимать. За последние 30 лет структуры, заинтересованные в торговле детьми, занятые перераспределением демографических масс, узаконили положение, что родитель и ребенок — это вовсе не одно целое. Теперь дети принадлежат некоему абстрактному обществу или государству. Мало того, по Гаагской конвенции о краже детей 1980 года, которую Россия подписала в 2011 году, дети принадлежат территории, на которой проживали последние три месяца.

Философию этих нелюдей отчасти раскрывает проект правящей в Норвегии Рабочей партии, о котором я только недавно прочла в норвежских СМИ. Лисбаккен, министр по делам детей, не стесняясь, говорит:

«Я — гомосексуалист. Я хочу, чтобы все дети страны были такими, как я».

Он инициировал государственную программу провести эксперимент: в детских садах была изъята вся литература типа «Золушки», все сказки Братьев Гримм.

Вместо них была написана другая литература, половая — «щён литератюр» по типу «Король и король» или «Дети-геи». Там, например, принц влюбляется в короля или принца, девушка-принцесса мечтает жениться на королеве. По закону детям уже в детском саду на горшках воспитатели обязаны читать такие сказки и показывать картинки.

Был такой случай. Русские туристы поехали в Новую Зеландию с краткосрочной визой, например, 7-дневной, — мама, папа и ребенок. Родители то ли крикнули на ребенка, то ли ребенок громко плакал — из кафе или отеля позвонили в службу защиты детей. Приехал наряд «спасателей», и ребенка изъяли, «спасли» от «родителей-садистов». Российские дипломаты боролись больше года за то, чтобы ребенок мог иметь свидания со своими биологическими родителями.

Я сама уже два года сражаюсь за право получить свидание с младшим сыном. Брейвик, расстрелявший 80 человек, имеет право звонить каждый день своим родственникам. Приговоренные к смертной казни во всем мире имеют право на переписку и на звонок, а мать не имеет возможности даже поговорить со своим ребенком!

Кстати, Брейвик «спасал» Норвегию от этой правящей парии «Арбайт парти», а объявили, что он ненавидит мусульман. Брейвик в четыре года был изнасилован норвежской матерью. Его «Барневарн» отобрала и пустила «по этапу». Каждая семья попробовала его «на вкус». Потом девять лет юноша готовил свою акцию. Думаю, его сейчас изолировали и сказали:

«Мы тебе дворец построим, всё, что угодно, только молчи на эту тему!».

Этот аспект постепенно всплывает в СМИ. Шведские журналисты уже раскопали эту историю.

Каждые пять лет Барневарн делает отчет по мигрантам, чьих детей больше всего в Барневарн. Топ-лист возглавляет Афганистан, потом Эритрея, потом Ирак. Из белых детей Россия на первом месте, в общем списке стран — на четвертом.

Кровные родители получают от государства разрешение на свидания с украденными детьми — по 2 часа один раз в полгода. Это максимум. Сейчас мой старший сын, который сбежал в Россию, виртуально обязан находиться в их детском доме, как собственность норвежского бифолкнинга (населения), до 23-х лет.

Речь надо вести не о педофилии как таковой. Это другой феномен. В одной только Норвегии 19 000 негосударственных обществ по перепрофилированию детей из «древних» (мужчина, женщина) в иные нетрадиционные гендеры.

Ребенок принудительно развивается в определенной нетрадиционной гендерной категории. То, что рассказывал мой кроха-сын, это уже не примитивная педофилия, а некий «организованный» тренинг, нацеленный на иную ориентацию.

И пока все рассуждают, верить или не верить, уже появилось целое поколение родителей, которым приходится с этим ужасом жить.

Всё это в современной Европе преподносится как вид толерантности. Мол, дети якобы имеют право на сексуальные предпочтения с нуля лет, имеют право на секс-разнообразие. Против нас с вами, против родителей и детей, орудует хорошо организованная преступная мировая сеть. И, похоже, наступило время, чтобы признать это честно и открыто и начать в каждом райотделе российской полиции и по всей ее вертикали вводить спецподразделения по противодействию этим международным группировкам демографического бандитизма.

Я призывала людей на марше «Защиты детей» разглядеть за красивой маской западной «ювенальной юстиции», которая преподносится нам под видом якобы «спасения детей от родителей-алкоголиков», — глобальный эксперимент по смене гендера у наших детей. Чудовищный эксперимент, который почти тридцать лет уже идет по всей Европе.

Там, в Европе, да и в Канаде, и в США, в Австралии и Новой Зеландии, повсюду за пределами России — родительство раздавлено и разобщено. Родительство, как связь родителей с ребенком, планомерно уничтожается. Цифры изъятых детей — 200 тысяч в Норвегии, 300 тысяч в Швеции, 250 тысяч в Финляндии, в Германии — это украденное поколение.

Более ста российских семей сегодня стоят на коленях вокруг России и кричат:

«Мы — гости из вашего будущего. У нас украли на Западе наших детей. Смотрите на наше горе и учитесь. Проснитесь, остановите чуму третьего тысячелетия. Поставьте железный занавес толерантности к извращениям. Выдавите эту нечисть за пределы России!»

«Посмотрев прелести ювенальной юстиции в Канаде, я бросил (отдал банку) дом в Ванкувере и уехал обра

«П осмотрев прелести ювенальной юстиции в Канаде, я бросил (отдал банку) дом в Ванкувере и уехал обратно на Родину. Мне повезло, так как своих детей, я не успел привезти, и поучительные уроки достались в основном лишь мне. Посещение семей русских эмигрантов, общение (на ломаном русском) с их детьми, собственный опыт и наблюдения стремительно разрушили мои наивные иллюзии по поводу благополучного запада.

Люди (особенно те, кто никогда не жил, как резидент, за границей), ну поймите вы, наконец: нет никакого процветающего запада! Есть лишь только мощная пропаганда (и красивая картинка, нарисованная Голливудом), о якобы свободном обществе. Возможно, 40 или даже 30 лет назад там действительно было превосходно, но сейчас запад — это загнивающая, страдающая старческим маразмом, заражённая территория.

Ювенальная юстиция, которая просто отбирает ваших детей (в лучшем случае настраивающая их против вас), террор налоговых органов, бесконечные судебные тяжбы, из которых люди не вылезают годами, лживость, всеобщее лицемерие в отношениях между людьми. Атмосфера доносов (ваши новые соседи и друзья, не колеблясь, сдадут вас налоговой или полиции, если для этого существует хоть малейший повод). Бесконечное долговое бремя — долги за учебу, долг за жильё, машину, долги по кредиткам… Вы постоянно будете кому-то должны.

Но самое страшное — это, безусловно, ювенальная юстиция. Вы с бессильной тоской и болью, будете смотреть, как ваших любимых детей (для которых вы, собственно, и затеяли весь этот ненужный переезд) беспощадно перемалывает ювеналка. Через 10 лет от русского в ваших детях останется очень мало (лишь внешность), и в первую очередь это скажется на ваших взаимоотношениях. Приготовьтесь к тому, что ваши дети начнут фамильярно звать вас по имени, игнорировать ваши советы, смеяться над вашей философией и исповедовать абсолютно чуждые вам принципы. Будьте готовы и к дому престарелых, где вы окажетесь с большой долей вероятности.

Люди, перестаньте вы, наконец, комплексовать, перестаньте мерить мир лишь количеством денег, забудьте вы о якобы цивилизованном и процветающем западе. Нет его уже давно, он умер и покоится в склепе. На самом деле, сейчас в мире процветает лишь Россия. Ведь это у нас, а не на западе, остаётся ещё реальная свобода, открытость, искренность и бескорыстие в отношениях, а это бесценно. Цените же то, что имеете, и храните ваши семьи».

Добавить комментарий